Путешествие мечты в Среднюю Азию: Памирская петля

Экспедиция 2014: Памирский тракт. Часть 1. Россия – Узбекистан.

Нас ждет четыре страны: Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Киргизия. Мы очень долго думали о составе, и после многих размышлений и советов, было принято решение попробовать пройти такой длинный и далекий маршрут одной машиной. Забегая вперед отмечу – мы ни разу не пожалели об этом. Разве что совсем одиночное путешествие позволит вам прочувствовать место как можно сильнее.

Выезд был назначен на раннее утро 26 апреля. И вот, обклеив машину мы выруливаем на трассу М-6 “Каспий” и начинается наше долгожданное путешествие. Как же долго я об этом мечтал!

Заходить в Казахстан решили через Астрахань. Хотели посетить наши старые места отдыха на нижней Волге. Какая же это была ошибка!

Трасса М-6 убита, а про отрезок от границы до Атырау вообще говорить ничего не буду, казахам должно быть стыдно за такую “дорогу”. Впредь, без особой надобности не поеду этой дорогой. Гораздо быстрее ехать через Самару и заходить в Казахстан недалеко от города Уральск.

К 9 вечера встаем на ночевку в 25 км не доезжая Астрахани.

В этой поездке мы решили по возможности избегать ошибок прошлых лет. Одной из них был поиск места для ночлега в темноте. Практически на всем протяжении нашего пути, нам удавалось поставить лагерь засветло. Лишь только, если мы хотели спать в машине или в гестхаусе, мы позволяли себе немного ехать в темноте.

В первый же день нашего путешествия, нам показали очень красивый закат. Все-таки наши закаты – одни из самых красивых.

На следующий день наскоро позавтракав рванули на границу. Была небольшая очередь, но прошли достаточно быстро, минут за 40 обе стороны. На Казахской стороне познакомились с семейной парой французов, через сутки они снова нас догонят, но об этом позже.

Сразу на границе разменяли 5 тысяч, оформили месячную страховку и покатили в сторону Атырау.

Кому то не нравится ехать в степях, а по мне – это очень круто. Да, иногда бывает скучно, но какие просторы, какие запахи в степи!

Периодически съезжаем с дороги размяться или на фотосессию.

В полдень решили остановиться в одинокой степной шайхане. Сидим, кушаем, и вдруг, откуда не возьмись, на стоянку влетает 110 Дефендер. Гадать долго не пришлось:) Это Денис frantsouzov и Юля шпарят на Мангышлак снимать тюльпаны)))

Посидели вместе, запланировали встретиться ближе к Бейнеу и встать вместе на ночевку. Но этим планам не суждено было сбыться.

В Доссоре заправляемся под завязку, так же заливаю все канистры. Как же приятно заправляться по 20 рублей за литр!

Пока заправлялись, нас обгоняет Денис. Больше в этой поездке нам встретиться не получится. Провожаем их взглядом. Потом кричал им пару раз по рации, но видимо уехали они далеко, и в эфире была тишина.

Поскольку в этой части Казахстана мы уже были в 2011 году, снимать было особо нечего. Поэтому любуйтесь закатными фоточками.

Который раз поражаюсь, на сколько ровна Казахская степь!

А так же фоточки Ниссанчика.

Ночи в Средней Азии очень темные, особенно если нет луны. Штатный дальний свет конечно хорош, но не на столько, чтобы долго и комфортно ездить ночью. Я конечно же в курсе, что ночью надо спать, но иногда, при доездинге, приходится ехать значительные расстояния по темноте. В этом плане меня очень выручил установленный дополнительный дальний свет Hella Rally 1000 (если не ошибаюсь). Но в будущем, накоплю денег и поставлю ксеноновый Люминатор:)

Встали лагерем не доезжая километров 40 до Бейнеу. Сил ехать дальше не осталось. Это была одна из самых холодных ночевок, сильный ветер задувал в палатку, хорошо что у нас была клюквенная настойка Мягкова. В этот вечер она была особенно вкусна и приносила уют в наш маленький китайский домик:)

На следующее утро случилось то, чего мы совершенно не ожидали.

Доехав до погран.перехода Тажен, первое что мы увидели, была длиннющая очередь из фур. На поверку оказалась около 4-5 км. Ребята стоят на границе по 7 суток и более.

Но мы еще полны оптимизма, все ближе подъезжаем к воротам перехода, а маленьких машин все нет и нет. И вот мы видим прогал между трейлерами, сворачиваю туда и оказываюсь. 70 в очереди. Легковой транспорт стоял с правой стороны от грузовиков.

Все еще веселые, идем на разведку. Доходим до ворот, и настроение уверенно опускается на уровень плинтуса. Народ в начале очереди стоит третий день.

Подхожу к пограничнику, называюсь туристом, говорю наш маршрут и спрашиваю как можно побыстрее решить проблему перехода границы, намекая на деньги. Погранец сообщает – приходи ночью, решим вопрос. Делать нечего, идем тупить в машину.

У нас в машине было все, начиная от еды, заканчивая электроникой и фильмами. Поэтому ожидание, кроме потери во времени и плохого настроения дискомфорта не доставляло. Я еще надеялся оказаться в Узбекистане этой ночью. Мы готовили кушать на борту пикапа, пили пиво, пытались собрать гребаный Кубик Рубика, грели кипяток впереди стоящим людям. Никто не был готов к такому повороту событий. У всех дела, у кого то визы горят, кто-то ехал на свадьбу, кто-то на День Рождения матери. Но пограничников обеих стран это нисколечко не волновало.

Наступила ночь, но никто из пограничников так и не вышел, за это время мы продвинулись метров на 100. В следующий раз мы продвинемся на 300 метров ровно через сутки, следующей ночью.

Машины в очереди все прибывают. Надо понимать, что вокруг степь, а это значит, что ни кустов, ни деревьев, ни оврагов, ни-че-го. Женщинам и девушкам приходится особенно трудно. Все вокруг в говне и туалетной бумаге. Поднялась песчаная буря, жарко, но окна не открыть. Приходилось тратить драгоценную солярку на кондиционер. Практически полные сутки машину не глушил.

Народ ходит, составляет списки. Предприимчивые казахи и узбеки продают места в очереди за 4-5 тысяч рублей. Кто-то просто пытается влезть без очереди.

Тут нас догоняют французы, которых встретили на Российско-Казахской границе.

На фото они слева (женщина и мужчина в круглых очках с лепешкой). Едут они на Л-200 с огромным пластиковым жилым модулем. Едут очень медленно, опрокинуться с таким – как нефиг делать. В планах маршрут на 3 месяца: Казахстан, Узбекистан, Киргизия, снова Казахстан, Байкал и затем потихоньку домой. Очень дружелюбные, пригласили в гости к себе во Францию:)

Справа тоже француз – Вильям. Едет с женой на старенькой Тойоте 78 серии с пробегом 50 тысяч км! Она в идеале! Работают в Африке во франкоговорящих странах, преподают биологию и географию (или геологию, не очень помню). Где только они не были, очень крутые старперцы!

Чуть позже еще подъехала пожилая пара Австрийцев на допотопном Фольксвагене Транспортер. Так же как и мы идут на Памир, но только маршрут растянут на пару месяцев.

Все в шоке от происходящей ситуации.

Приезжает наша последняя надежда на быстрое прохождение границы – Шаталов Евгений с большой группой машин. У него были договоренности с одной из сторон. Переговоры идут долго, и спустя два часа неутешительный вердикт. Без очереди никого не пустят. Ребята, а их 15 машин, принимают решение разворачиваться и идти степью на другой переход. Времени данная затея займет 1,5 – 2 дня.

Мы понимаем, что смысла срываться отсюда, ехать на другой переход, а потом снова возвращаться назад по территории Узбекистана нет никакого, решаем оставаться и ждать.

Кооперируемся с французами, австрийцами, и нашими московскими узбеками (очень приятная семейная пара, и доктор), начинаем звонить в комитет таможенного и пограничного контроля Узбекистана и Казахстана, начинаем откровенно орать на пограничников и на тех, кто продает места или лезет без очереди. К ночи наш новый знакомый Мурат не выдерживает, и вызывает казахских полицейских, чтобы они навели порядок.

В общем ночью третьего дня мы заезжаем на территорию пропускного пункта. Ночуем на нейтральной полосе в 150 метров длинной. Там даже в туалет сходить негде. Все затянуто колючкой. И вот, на 3,5 сутки мы оказываемся на территории Узбекистана.

Однажды 30 лет спустя… Памирский тракт. Часть 1. Ош-Сары-Таш

Интересен психологический вопрос: хочет ли человек оказаться в своем прошлом — детстве, юности, в тех местах, с которыми связаны яркие эмоции, добрые воспоминания? Ведь есть вероятность не увидеть того, что помнишь, не узнать того, что было дорого, разочароваться, расстроиться, расплакаться…

Эти сомнения очень долго мешали мне принять решение — ехать или нет в фотопутешествие по Памирскому тракту, где я была более 30 лет назад: неоднократно от Душанбе до Мургаба и обратно проехала на ЗИЛе, на УАЗике, на ГАЗ-66, поработала с геологами на Заречном недалеко от Мургаба — копировала карты, варила обеды, наслаждалась солнцем, звездами, стремительной рекой Мургаб, ледяные воды которой испробовала впервые в жизни. Побывала на Северном Ак-Архаре в стационарной круглогодичной геологической партии — самой отдаленной и труднодоступной из всех партий Памирской геолого-разведочной экспедиции, где маркировала керн, ходила в маршруты, лазала с геофизиками — «гагарщиками» по сыпучим склонам памирских гор. Именно здесь, на Северном Ак-Архаре встретила свою первую любовь… Сложно было принять решение…

Но… любопытство победило, и я оказалась в группе удивительных людей, готовых к приключениям, испытаниям, потрясениям — одним словом «фотографов».

Мы проехали по Памирскому тракту более 2000 км: от Оша, солнечного и яркого города, через киргизский поселок Сары-Таш, пересекли две границы — киргизскую и таджикскую, и дальше, дальше через таджикские кишлаки с киргизским населением Каракуль, Рангкуль, через Мургаб, Аличур, Булункуль, Лянгар, Ишкашим, в Хороге «закрутили» петлю на Мургаб и вернулись обратно в Ош.

Зеленым цветом выделен наш маршрут:

Памирский тракт — автомобильная дорога, соединяющая города Ош (Киргизия), Хорог (Таджикистан), Душанбе с афганским городом Мазари-Шариф, огибает Памир с востока, юга и запада. Различают Восточный Памирский тракт (Ош — Хорог) и Западный Памирский тракт (Хорог — Душанбе). Восточный Памирский тракт протяжённостью 701 км был построен в 1931–1934 годах, Западный Памирский тракт — в 1940 г. На участке от Оша до Хорога дорога проходит через три главных горных перевала: Талдык (3615 м), Кызыл-Арт (4280 м) и Ак-Байтал (4655 м).

Дорог на свете много, но выше не найдешь от города Хорога в далекий город Ош.

По кручам каменистым смотри не оборвись! Машины-альпинисты карабкаются ввысь.

От Оша и до Хорога — ох, х.вая дорога… От Хорога до Оша — ах, дорога хороша! (Памирский пограничный фольклор)

Путешествие начиналось в Оше — главном городе юга Киргизии и втором по величине в стране. Город расположен на востоке Ферганской долины, вблизи отрогов Алайского хребта, на высоте более 1000 м над уровнем моря, и раскинулся вокруг горы Сулеймана — Тахти-Сулейман («Трон Соломона»).

Ош — один из древнейших городов Средней Азии. Однако, точный возраст его неизвестен. По очень популярной легенде древне-израильский царь Соломон (Сулейман) привёл сюда своё войско. При этом впереди гнали пару волов с плугом. И когда волы дошли до знаменитой теперь горы, царь сказал: «Хош!» («Довольно!»). Отсюда и произошло название построенного потом города. В арабских источниках первые упоминания о нём относятся к IX веку, а на южном склоне Сулейман-горы обнаружены древние земледельческие поселения, с которыми связывают трёхтысячелетний возраст города. Ош был крупным торговым центром на Великом шёлковом пути и славился своими базарами и караван-сараями.

Первый день любого путешествия (особенно с учетом ночного перелета из Москвы) для меня, как правило, «туманный» — разница во времени, к которой я очень чувствительна, частенько принципиально иная климатическая зона — лето вместо зимы или наоборот, дают себя знать. Поэтому всегда благодарна организатору поездки, если он дает возможность прийти в себя в этот день, предоставляя свободное время или приглашая в какую-нибудь лайтовую прогулку по местным достопримечательностям.

Володя Трофимов был как раз из таких людей. Он дал нам время на распрямить после перелета косточки, «почистить перышки», передохнуть, чтобы к вечерней зорьке быть свежими и бодрыми. Не сильно задержавшись в номере гостиницы, мы с Таней рванули на рынок — ведь несмотря на самое начало лета там уже полным-полно фруктов! Сочащаяся соком сладкая и липкая как мед алыча, блестящая черешня, душистая клубника! … Но самое ударное впечатление на меня произвели не фрукты, а лепешки. Как только я увидела румяно-поджаристые с хрустящей корочкой горячие лепешки, так память меня тут же отшвырнула на 30 лет назад.

…Август 1981 года. Несколько дней я пробыла в Душанбе после месяца, проведенного на Памире в геологической партии. Перед входом на рынок мы (группа москвичей = студентов-практикантов МГРИ, я — не в счет) покупали горячую лепешку за 20 копеек и шли вдоль торговых путей, пробуя все подряд — персики, виноград, дыни, арбузы, огурцы-помидоры… Один ряд равен одной лепешке. Мне этой еды хватало по уши, мальчикам требовалось две лепешки. Как молоды мы были… как молоды мы были. Страшно подумать, какой юной я тогда была…

Но вернусь-ка я в реальность. Сейчас поступить так же я уже не смогла. То ли осторожней стала, то ли старой… Мы с Таней просто накупили фруктов и в номере гостиницы устроили обжорный пир.

На улицах Оша впервые со времен своей юности я увидела автомат газированной воды — тот самый, у которого «из серебряного крана с шумом брызнуло ситро. Мне досталось полстакана, а хотелось бы ведро!» (С.Маршак). Продавала ситро девущка, ни слова не понимающая по-русски. Пришлось общаться с ней жестами. Видимо, мы так энергично пытались ей объяснить свои желания, что она трактовала их в свою пользу — налила всем по два стакана. Пришлось мучиться — давиться водой, не пропадать же добру!))

К закатной зорьке по тропе Бабура мы поднялись на гору Сулеймана — ей приписывают возможность исцелять недуги и бесплодие у женщин. Считается, что неверная жена не сможет подняться на вершину горы по ведущей туда тропе (кстати сказать, мы с Таней дошли туда без проблем!). Отсюда открывается роскошная панорама на Ош. Увы, город оказался накрытым дымкой, фотографического шедевра не получилось.

Вид на Ош с горы Сулеймана:

Здание с красной крышей — Ошский университет:

А наутро начался наш путь из Оша в Алайскую долину через долину реки Гульча.

Долина Гульчи при становлении советской власти в Средней Азии была одним из центров басмаческого движения. Весной 1920 здесь была сформирована «Армия ислама», которая объединила 6,5 тысяч из общего числа 30 тысяч басмачей Ферганы. Она активно действовала вблизи Андижана, Джалал-Абада, Оша, Коканда и Намангана. Только в 1924 году Ферганская долина была полностью очищена от повстанцев. Отдельные группы ушли в горы. Басмаческое движение в долине Гульчи и других районах Ферганской и Алайской долины возобновилось в 1930 году при проведении кампании по ликвидации кулачества. Убивали пограничников, партийных и советских работников, активистов, комсомольцев. И только много лет спустя при советской власти здесь установился относительный порядок.

Басмач — человек, совершающий внезапное нападение, атакующий; от тюрк. басмак — внезапно нападать, совершать налет. Название басмачи применялось русскими по отношению как к оседлым, так и к кочевым народам, защищавшим свою территорию, — узбекам, киргизам, туркменам, — действовавшим независимо друг от друга во многих областях.

Дорога в долину Гульчи идёт через невысокий (высота 2400 м) перевал Чигирчик (Чыйырчик). Здесь появляются скалы, сложенные из красноцветных осадочных пород, характерные для этого региона, обрамляющие дорогу с обеих сторон. Словно зеленое плюшевое одеяло наброшено на склоны — это изумруд весенней травы, умытой и напоенной дождями, покрыл горы.

Дальше дорога в Алайскую долину проходит через перевал Талдык высотой 3650 м в Алайском хребте.

По дороге на перевал Талдык можно насладиться вот такими горами, разноцветными словно лоскутное одеяло:

Последний виток серпантина перед въездом в Алайскую долину:

И лишь только мы повернули на последнем витке серпантина, я обомлела от неожиданности — перед нами во всю свою мощь и красоту предстал Заалайский хребет. Со снежными вершинами, сияющими белизной на синем небе, он кажется гигантской декорацией, на фоне которой человеческие домики выглядят игрушечными:

Итак, мы прибыли в Сары-Таш — типичный киргизский высокогорный посёлок, расположенный в Алайской долине.

Алайская долина. Сары-Могол

Алайская долина — межгорная впадина, отделяющая Памир (на юге) от Гиссаро-Алая (на севере), протянулась с запада на восток на 150 км между Алайским и Заалайским хребтами, спускающимися в долину мягкими травянистыми отрогами. Ширина Алайской долины от 8 до 25 км, площадь около 1700 кв. км.

карта Алайской долины:

Есть основания полагать, что об этой долине знал еще Марко Поло — венецианский купец-путешественник XIII века, охарактеризовавший ее как район тучных пастбищ, где «самая худая скотина разжиреет… в десять дней». Первым исследовал Алайскую долину известный русский путешественник А. П. Федченко, посетивший ее в 1871 году.

Cлово «Алай» в джагатайско-турецком языке, по определению профессора А. А. Семенова, обозначает табун, стаю, толпу, а также полк, строй, отряд или батальон. Перевод этого слова — «рай» — так обильны и сочны здесь пастбища. И еще говорят, что «ал ай!» — значит «держи месяц!», то есть торопись, летние месяцы коротки в этой высокогорной долине!

Потрясающим, невероятным зрелищем предстает вздымающаяся над долиной заснеженная до самого основания громада Заалайского хребта, возвышающегося на 3000 — 3500 метров. В чистом и прозрачном воздухе видны его мельчайшие складочки на ледниках и снежниках. В разное время суток освещённость Заалайского хребта и отходящих от него отрогов постоянно меняется, переливаясь бесконечным множеством оттенков. Громадное синее небо над этой вечностью или абсолютно чистое, или заполненное стайками облаков, белоснежных днём и пылающих на закате и восходе, вдыхает в эту мощную и неподвижную красоту динамику жизни.

Сары-Таш на фоне Заалайского хребта:

Поселок Сары-Таш, в котором мы остановились на дневку, является транспортным центром Алайской долины — через него проходит Восточная часть Памирского тракта (дорога Ош — Хорог). В Википедии читаю, что основным населением Алайской долины являются киргизы. Однако поселок Сары-Могол, расположенный в нескольких километрах от Сары-Таша и в который мы сегодня обязательно наведаемся, населен памирцами, находится в административном подчинении Горно-Бадахшанской автономной области и продуктами питания и предметами потребления снабжается из Хорога.

Каникулы Бонифация

Ближе к вечеру мы приехали в поселок Сары-Могол, чтобы в закатных лучах солнца сфотографировать Заалайский хребет. Надо сказать, что организатор нынешней поездки Вдадимир Трофимов был здесь в прошлом году и вдоволь наснимал жителей поселка. Теперь задачей Володи было раздать отпечатанные снимки владельцам. Мы шли по деревне, попутно раздавая жителям поселка фотографии или узнавая, как можно найти тех, кто на этих снимках запечатлен.

На центральной площади поселка мы познакомились с бывшим местным депутатом Камчыбеком Нурмаматовым — он организовал поиски разыскиваемых людей и пригласил нас к себе в дом — почайковать. У Камчыбека громадная семья: 7 детей, 50 внуков, 30 правнуков. Вот это семья! Попробуй всех собрать вместе!

Солнце тем временем потихоньку клонилось к закату, заливая золотистым светом всю долину. На нашем пути к концу деревни то и дело появлялись детишки и с удовольствием позировали нам. Процесс фотографирования неизменно сопровождался раздачей конфет «моделям»:

Слух о конфетах с космической скоростью распространился по поселку: детишки стали появляться перед нами один за другим. Все были радостные, довольные, сияющие, готовые позировать так долго, сколько потребуется. Ребятня фоталась по одному, по двое, по трое, семьями, наконец, домами:

После съемки они с явным удовольствием рассматривали свои мордашки на ж/к экране камеры.

За фото спасибо В.Трофимову!

Мне сразу вспомнился мультик «Каникулы Бонифация». Золотой рыбкой для меня было выйти на околицу поселка, где Сергей и Таня уже расставили свои штативы в ожидании закатного чуда, а мне все никак не удавалось вырваться из «окружения» детей. Наконец, мне показалось, что все детишки довольны и начали разбегаться по своим неотложным ребячьим делам. И я зашагала бодрым шагом навстречу заходящему солнцу, как вдруг передо мной совершенно неожиданно, как из-под земли, появилась еще одна троица с сияющими рожицами, торжественно вытянувшись по стойке «смирно». Фото «на паспорт»))):

Как же много детишек в этой деревне! Уже и конфеты закончились, а детишки — нет! :))

Не могу отказать себе в удовольствии — размещаю довольные рожицы детишек Сары-Могола. Нисколько не жалею, что столько времени отдала этой ребятне, ведь так много я получила от них взамен — океан позитива, энергии и радости! Вот только никто из нашей команды больше не был в тех краях. А как хотелось бы раздать такие забавные фотографии уже повзрослевшим деткам!

Увы, закатного чуда не произошло — со стороны Китая на Заалайский хребет наползла мгла, скрыв под своим серым покрывалом все его красоты. Солнце спряталось за облако и тихо и незаметно укатилось за Алайский хребет.

Сегодняшнюю прогулку на этом завершаем. А завтра…

Алайская долина. Кочевники. Закат на озере

И завтра наступило сегодня…

Вообще говоря, наша жизнь подчинена режиму, вернее, «режимному свету»: подъем в пред- и ранне-рассветные часы, отбой — после позднего, как правило, ужина после заката солнца. Такой жесткий порядок связан с самыми благоприятными часами для фотосъемки, когда солнце низко, тени мягкие, цвета нежные… Мы ж фотографы.)) Остальное время у нас — свободное. Мы его проводили по-разному:

Вчера, видимо, мы неважно «побурханили» — наползшая из Китая мгла по-прежнему надежно укрывала Заалайский хребет, сияние ледников и снежников которого совсем потухло! Но мы с Таней все же прогулялись по утреннему Сары-Ташу!

На ярком солнце недалеко от дома, в котором мы жили, «грелся» ковер-кошма — теплый, красивый, не пропускающий ветра. На Восточном Памире такие ковры изготавливают из шерсти яка. Такой валяный ковер делается долго, а узор, который кладет мастерица, древен, семантика его сложна и запутана в веках — она говорит о вечности, неуничтожимости жизни, о том, что снова будет лето, и станут богатыми пастбища и сытыми яки, и будет благословенным дом.

Ближе к вечеру, выспавшись и наевшись, мы отправились на фотоохоту. Петляя между отрогами Алайского хребта, устланными зеленым плюшем молодой травы, дорога уводила нас все дальше и дальше в долину, где мы повстречались с семьей кочующих киргизов:

Киргизы… Кто же они? (Информация про этот народ взят, в основном, из Интернета. За ее достоверность, соответственно, не ручаюсь).

У киргизского народа очень древняя и интересная история, известная нам по сказаниям китайцев.

В глубокой древности киргизы представляли собой самостоятельное государство Гянь-гунь, но в период II и I вв. до Р. Х. были подчинены хуннами и составили западную часть хуннских владений (хунны были небольшим народом, сложившимся в IV в. до н. э. на территории Монголии). Состоя под властью хуннов, гянь-гунь перемешались с динлинами, народом, по одним сведениям, тунгусского, а по другим — монгольского происхождения, обитавшим на юге нынешней Енисейской губернии.

Китайцы описывают тогдашних хагасов как народ рослый, с рыжими волосами, румяным лицом, голубыми глазами, стоящий на значительной степени цивилизации. Они занимались земледелием и скотоводством; умели разрабатывать золото, железо и олово. В политическом отношении хагасы к концу VI в. составили сильное государство, которое по обширности занимало второе место во всей северо-восточной Азии. На востоке оно простиралось до Байкала, на юге — до Тибета или, вероятнее, до Восточного Туркестана.

С северными или енисейскими киргизами столкнулись в Сибири русские, прежде всего — воеводы красноярские. Они заставили киргизов платить дань, после чего последние рассыпались по всей сагайской степи и смешались с другими татарскими ордами.

Процесс сложения киргизов шёл с начала 2-го тысячелетия и завершился на рубеже XV—XVI вв. Енисейские киргизы, переселившиеся в IX—X вв. (отчасти позднее — в XIII—XIV вв.) на Тянь-Шань, составляли основное ядро в формировании киргизов.

Традиционное занятие киргизов — кочевое и полукочевое скотоводство экстенсивного типа. Скотоводы совершали установившийся веками круглогодичный цикл кочёвки, переходя со скотом с одного сезонного пастбища на другое (зимой в долинах, летом в горах).

Охота, в том числе с помощью ловчих птиц — одно из древнейших занятий киргизов. Из домашних промыслов были развиты изготовление шерстяных тканей, выделка ковров и войлоков, изготовление циновок, кожаной посуды, тиснение по коже.

До 50-60-х гг. XIX века киргизы жили кочевыми общинами-аилами (айыл) по 100–200 юрт и более, объединяемыми, главным образом, по генеалогическому признаку. После возникновения оседлых поселений (кыштаков) основная масса киргизов продолжала жить в селениях кочевого и полукочевого типа. Преобладающим типом жилища была юрта, которая делилась на мужскую и женскую половины. За годы советской власти условия быта киргизов в корне изменились. Юрта сохраняется в быту лишь части киргизов как летнее жилище, а также у табунщиков и пастухов на отгонных пастбищах.

В советские времена киргизы стали вести, в основном, оседлый образ жизни, лишь только летом покидая свои постоянные дома и кочуя с пастбища на пастбище вместе со своим скотом. Традиционная пища в основном молочная (в тёплое время года) и мясная (поздней осенью и зимой). Молочные блюда — кумыс, айран, курут (вид кислого сыра, заготавливаемого на зиму и употребляемого в сухом виде или растёртым и разбавленным водой), топлёное масло, кипячёные сливки (каймак) и др. Из муки кроме традиционных лепёшек готовят боорсок — кусочки теста, жаренные в казане на бараньем сале, печённые в золе хлебцы и др. Характерно употребление конины. Излюбленный напиток — чай (на юге главным образом зелёный, на севере чёрный, в некоторых местах — с молоком).

Характерные свойства киргизов — гостеприимство, уважение к старости, любовь к поэзии, индифферентизм к религии.

Язык киргизов сохранил свой первоначальный, чисто тюркский характер.

Все детишки (а их была небольшая ватага!) — с загорелыми лицами и красными, как с мороза, пылающими щечками, очень активны и общительны:

Памирский марш

Экспедиция на Памир была давней моей мечтой, однако в последние годы из-за «жаркой» политической обстановки в тех краях попасть туда было совсем не просто.

В конце концов, решив, что волков бояться — в лес не ходить, и выбрав самое подходящее время для путешествия — август -октябрь, я отправился в Среднюю Азию с тем, чтобы попытаться дойти до границы Памира с Тибетом.

Основной моей задачей было собрать сведения о жизни горных народов, населяющих этот регион, и о том, как несколько лет независимости изменили эту жизнь. Кроме того, хотелось пополнить свое личное «досье» на «снежного человека», а если повезет, то встретить его и сфотографировать.

Одним из населенных пунктов на моем пути был киргизский город Ош. Отсюда на Памир ведет дорога, которая в бывшем СССР считалась самой высокогорной, — Ош—Хорог; по ней-то на попутных машинах я отправился дальше. Трасса на всем протяжении была перекрыта российскими пограничными заставами — пропускали только местных жителей и военных. У меня разрешения на въезд в приграничную зону не было, и все же я сумел преодолеть пару постов, прежде чем меня задержали на заставе в селении Сары-Таш.

Начальник тамошней заставы любезно предложил мне в течение 24 часов убраться восвояси, что я и сделал: правда, это самое «восвояси» мы с ним, как видно, поняли по-разному. И через несколько дней, обойдя горными тропами очередную заставу, я уже был там, где хотел, — на восточном Памире.

Восточный Памир населяют преимущественно племена горных киргизов: летом они кочуют по бескрайним просторам высокогорных пастбищ, а на зиму возвращаются в свои селения на берега рек. Вскоре я вышел к джайло — одной из летних стоянок горных киргизов, где был удостоен чести жить в юрте старейшего аксакала — Умбека. Он один из немногих в джайло, кто хоть чуть-чуть говорил по-русски; Умбек-то и поведал мне о нынешней нелегкой жизни «независимых» памирцев.

По суровости климатических условий с восточным Памиром может сравниться разве что Арктика: зимой температура здесь опускается ниже минус 40 градусов, летом, конечно, потеплее, но постоянный холодный ветер свирепствует круглый год, не позволяя даже в самые «теплые» июльские деньки снять телогрейку и шапку. Это также и самое сухое место в СНГ: за год в некоторых районах выпадает менее 50 миллиметров осадков (для сравнения: в Каракумах среднегодовое количество осадков равно 150 миллиметрам). Поэтому снежный покров зимой там практически отсутствует, и ледяной ветер, как серпом, срезает любую растительность, поднявшуюся над землей выше, чем на 5-10 сантиметров. Не надо забывать и о том, что средняя высота восточного Памира — 4000 метров, воздух очень разрежен, и малейшее физическое усилие дается с трудом.

Понятно, что в таких природных условиях, где почти ничего не растет, полностью обеспечить себя продовольствием местные жители не могут. Раньше горцы были объединены в колхозы, которые снабжались всем необходимым из центра. Сейчас же Россия обеспечивает довольствием только свои заставы, и все население Памира и Алая, предоставленное самому себе, выживает в самых что ни на есть экстремальных условиях. Назад в феодализм — так, пожалуй, можно назвать нынешнюю ситуацию, сложившуюся на Памире. Централизованное управление здесь практически отсутствует; кое-какая власть осталась у бывших председателей сельсоветов и колхозов, большим авторитетом пользуются старейшие аксакалы, однако серьезную конкуренцию им составляют новоявленные баи и лидеры политической оппозиции.

В экономике натуральный обмен практически вытеснил денежные отношения, поскольку из центра почти не поступают ни деньги, ни товары. Бензина и запасных частей тоже нет, поэтому вся техника, оставшаяся от былых времен, либо сгнила, либо разобрана на мотыги, серпы, ножи и прочие допотопные орудия труда. Муку не завозят уже несколько лет, и кочевники, никогда раньше не занимавшиеся земледелием, стали сами выращивать в долинах ячмень, некоторые сорта пшеницы. Урожай убирают вручную, зерно вышелушивают также дедовским способом: укладывают снопы на дорогу и прогоняют по ним лошадь, которая тащит за собой большой каменный вал — молоташ. Муку размалывают водяными мельницами. Получается она черная и грубая и идет в основном на лепешки. Из пшеницы также гонят «бозо» — киргизскую брагу: двух литров этого пойла хватает, чтобы свалить с ног любого дюжего молодца. Сахара на Памире тоже не видели давно, и он здесь в большой цене.

Мне припомнилась одна история — она произошла несколько лет назад в амазонской сельве, где я тогда путешествовал. Начальник боливийской геологической экспедиции, наткнувшись на одно из диких индейских племен, сумел выменять у вождя за килограмм соли. юную туземку. На Памире со мной до такого не дошло, но все же свои запасы сахара я удачно менял на молоко, лепешки и прочую снедь. А Умбек, получив от меня в подарок коробочку сахарина, так обрадовался, что зарезал барана. Баранов, надо сказать, теперь режут не часто: большую часть колхозного поголовья присвоили себе бывшие председатели колхозов, после перестройки превратившиеся в ханов, а простолюдинам при дележе досталось лишь по нескольку голов скота. Зато чаще, чем раньше, режут лошадей, поскольку заготовить им корма на зиму без специальной техники очень сложно. Конину обычно варят, из внутренностей лошадей делают колбасы, а кровь сцеживают в ведро, потом выливают в глубокую сковороду и жарят без соли — получается толстый блин, он очень питательный и быстро восстанавливает силы. Яков же, которыми еще совсем недавно славился Памир, практически всех съели. Например, в алайском селении Чоо от почти тысячного поголовья осталось только три чудом уцелевших бычка. Густое, жирное молоко яков теперь в дефиците, зато кобыльего кумыса пока еще вдоволь.

Однажды я решил прогуляться до соседнего джайло — и после этого чуть не умер от разрыва желудка. Хозяева каждой юрты считали своим долгом угостить меня парочкой литровых пиал кумыса, который по вкусу напоминает забродивший кефир крепости пива. Кумыс мне очень даже понравился, но поскольку юрт в джайло было восемь, а отказываться от угощения у горцев не принято, я вскоре понял: выпить еще одну пиалу будет смерти подобно. Кое-как выбравшись из очередной юрты, я буквально пополз к своей стоянке, проклиная всех окрестных кобыл.

Из-за нехватки продовольствия многие горцы пополняют свой рацион мясом диких животных — охотятся на архаров, сурков, кекликов, уларов. Охота, правда, связана с большим риском, так как пограничники в связи с военным положением отбирают у населения любые виды оружия. И в последние годы близ селений снова объявились волки. На вторую ночь моего пребывания в умбековском джайло хищники загрызли жеребенка буквально в сотне метров от юрт.

Возвращение к «феодализму» проявляется и в местной «моде». Ватники и телогрейки фабричного производства уже давно не завозят — жители гор теперь шьют одежду из бараньих шкур, и это у них получается весьма неплохо. Самопальные штаны и тулупы, хоть и выглядят неказисто и даже пугающе, зато крепкие и теплые. То же самое можно сказать и о юртах: невзрачная с виду конструкция из шкур и прутьев на самом деле очень надежна и хорошо держит тепло даже в самые морозные ночи. В этом я убедился на собственном опыте, сравнив ночевки в своей палатке и юртах. Если в палатке всю ночь напролет стучишь зубами от холода, изредка согреваясь глотком водки, то спать в юрте одно удовольствие, особенно если укрыться двумя-тремя шерстяными одеялами, тяжелыми и твердыми, как дерево. Под ними, хоть и чувствуешь себя словно «цыпленок табака» на сковородке, зато не мерзнешь.

Надо ли говорить, что «перестройку» во всех горных аулах ругают на чем свет стоит, а вот о «застойных» годах хранят самые лучшие воспоминания, считая, что жили все тогда, сами того не зная, при коммунизме. Ругают и нынешнюю власть, причем некоторые, имея весьма смутное представление о том, что сегодня происходит вокруг, говорят и ведут себя весьма странно. Умбек, например, спрашивал у меня, почему это русские до сих пор не свергнут Горбачева. Интересный случай произошел и в селении Сары-Таш, где до недавнего времени стоял памятник Сталину. Местные аксакалы не разрешали никому его убирать, и лишь несколько лет назад специальная комиссия из центра заставила снять «вождя народов» с постамента. Тогда аксакалы торжественно отнесли скульптуру на кладбище, где и захоронили со всеми подобающими почестями.

Во время путешествия мне удалось собрать довольно много сведений и о «снежном человеке». Его в здешних местах видели многие пастухи и охотники, с которыми я встречался. Описание примерно всегда одинаково: рост метра два, сплошь покрыт темной шерстью и ходит слегка согнувшись. Питается, как считают охотники, в основном животными: горными козлами, сурками, архарами. Может задрать и волка. То, что никогда не находят костей умерших йети, местные объясняют просто: у йети в горах есть потайные кладбища — туда-то они и приходят умирать, когда чувствуют близкую смерть.

С Памира по нитке — путешествие в Среднюю Азию

Памирский Тракт — это такая дорога, которая ведет из столицы Таджикистана — Душанбе в столицу Горно-Бадахшанской автономии — Хорог и потом в киргизский Ош. Полторы тысячи километров разного качества дорог через горы. Там мы еще не были, а значит нам туда!

Началось все как обычно, с заседания в кабаке. Вернее, даже раньше. Когда персонаж, именуемый в дальнейшем Назар-бабай, вычитал где-то в «этих ваших энторнетах», что есть такое озеро Каракуль (ударение на «у». Это вам не бараний мех), то есть, Черное озеро, лежащее где-то в горах Таджикистана, на которое, как бы, не плохо было бы сгонять. Оно такое все загадочное и появилось, по всей видимости, на месте кратера, возникшего от удара метеорита.

content image for: 50372

Далее, уже в кабаке, за кружкой пенного все это было озвучено прочим потенциальным соучастникам, которые, вероятнее всего, могли бы согласиться переть пять тысяч километров к черту на рога, чтобы посмотреть на лужу в горах.

Потенциальные соучастники, оказалось, немножко еще помнят школьный курс географии, и после досконального изучения гуглокарт пришли к выводу, что это, в общем-то, Памир, и что было бы клёво, в принципе на него посмотреть, тем более, что на тот момент он казался чем-то столь же эфемерным, недоступным и из книжек, как Луна, например.

В дальнейшем выяснилось, что, чтобы доехать до этого самого Каракуля, да и вообще, проехать по Памиру, надо брать направление на Памирский тракт.

content image for: 50372

Памирский Тракт — это такая дорога, которая ведет из столицы Таджикистана — Душанбе — в столицу Горно-Бадахшанской автономии, Хорог, и потом в киргизский Ош. Полторы тысячи километров адских пердей через горы со всеми вытекающими. Умный интернет рассказал, что этот самый тракт является самой высокогорной дорогой на территории бывшего СССР и вообще одной из самых высоких проезжих дорог, доступных для гражданского транспорта в мире. Непосредственно высокогорный кусок — это семьсот с гаком километров от Хорога до Оша, который как раз и проходит через сам Памир.

Собственно, как писал кто-то из старых мотопутешественников, в каждом путешествии должна быть идея, пусть даже самая дурацкая. В наших больных мозгах идея нарисовалась самая что ни наесть идиотская, а значит жизнеспособная: проехать весь Памирский тракт.

Вроде бы, ничего идиотского, однако же, если посмотреть на картину в целом, то выходит, что, чтобы проехать по нужной дороге, надо отмахать почти пять тысяч до нее и потом еще столько же обратно.

И вот, в назначенный день, накопившись на трассе М6, банда в составе четырех человек выдвинулась в сторону неизвестной Средней Азии, страны солнца, верблюдов, гастарбайтеров и гор с пустынями.

По России

Если дело начинается с дождика, значит, все сложится удачно, и именно так все и случилось. Уже где-то в Рязанской области дождик оставил нас в покое, выглянуло солнышко, и мы принялись разоблачаться, отстегивать подстежки от курток, стягивать с себя термухи. Ну, короче, на юг же едем. Вот, Курлабек-ака сверкает красными труселями.

content image for: 50372

Чтобы не путаться, попробую представить соучастников. Чтобы не нажить себе всяких ненужных неприятностей и вообще лучше прочувствовать колорит посещаемого места, мы решили мимикрировать. Так что все четыре репы были как следует подстрижены налысо (ну или почти) и не бриты.

content image for: 50372

Назар-бабай (слева). Бабай, потому что самый главный аксакал, идеологический вдохновитель, пинатель всех остальных ленивых и неторопливых, и вообще, директор.
Гоги-ака. Он же Иванов-ака. Оба имени подобраны специально, чтобы местные ни за что не догадались, что Гога — не узбек. Ака, по-узбекско-таджикски, значит брат. Короче, без палева.

Первая ночевка пришлась на окрестности города Борисоглебска Тамбовской области.

Ничего особенного в ночевке не было, нашли спуск с дороги, зарулили в лес, вроде как даже рядом с речкой. Лес, кстати, очень клёвый. Сухой, с песчаным грунтом и очень толстым слоем лесной подстилки. Раскидали палатки, достали запасы, отужинали традиционным для нашей компании жарким из банки и улеглись спать.

content image for: 50372

Пластилин-батыр (слева). Пластилин — потому что зовут его так в миру и в сети, а батыр — это значит богатырь. Конспирация соблюдена.
Курлабек — дятел клавиатуры и писатель сего опуса.

Утро началось с завтрака? Вовсе нет. Утро началось традиционно, а традиции надо блюсти. И, помимо поедания жаркого в первый вечер, нам ну просто необходимо было потаскать мой мотоцикл на руках. Как-то так выходит, то в каждом нашем путешествии второй день начинается именно с этого. Вчера вечером я пролетел к месту стоянки на крыльях любви к палатке, и особенно пиву, и слегка под горку, а вот обратно на дорогу с утра пришлось выбираться на голодный желудок, и, главное, обратно в горку. Про песок и пятнадцать сантиметров лесной рыхлой подстилки из пожухлой сухой хвои и шишек я уже упоминал, в общем, хорошо, что нас было четверо. Вытащили репку!

Экспедиция на Памир через всю среднюю Азию

Первая публикация про недавнее грандиозное путешествие с семьей в одну машину на Памир к границам Китая, Афганистана и Таджикистана.

Экспедиция состоялась и прошла более чем успешно! Автомобиль Toyota Land Cruiser 100 нас ни разу не подвел, экстремальных ситуаций не возникало, мы прошли всю Среднюю Азию и посмотрели все, что хотели и даже перевыполнили свои планы.

Благодаря нашим партнерам, компании agakat и удобному мобильному приложению мы создали красивый фототрек с множеством фоторайтов из поездки, 555 фотографий по которым Вы могли следить online за нашим передвижением и приключениями.

Немного цифр:
53 дня в пути.

Пройдено 15 000 км по территории 5 безвизовых стран (Россия, Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Киргизия)

Бюджет поездки: 190 000 руб.

Из них: 3468 л. топлива (261 литр бензина / 3207 литров газа). 70 200 рублей на Топливо.

Расходы на питание: 65 000 руб.

Расходы на жилье (учитывая что 18 дней из 53 мы ночевали в отелях, остальное в любимой палатке): 22 500 руб.

Расходы на мобильную связь 2700 руб.

Расходы на автомобиль: 11 000 руб.

Туристические, экскурсионные затраты: 11 000 руб.

Свой итоговый отчет о поездке я решил сделать фильмом, в котором расскажу Вам о наших впечатлениях и поделюсь красивыми картинками из путешествия. Выбираем HD качество и смотрим, друзья:

Кому нравится читать, прилагаю текст с картинками!

Хотел бы рассказать Вам о нашем путешествии в Среднюю Азию, точнее о его намеченной цели — Памире.

Мое решение поехать в эти горы с семьей возникло не случайно. В свое время Россию от Владивостока до Москвы мы с женой пробежали на малолитражке, Европу за 5 лет мы всю исчертили своими маршрутами, а зимой вот уже два года познаем Индию. Были в Гонконге и Китае.
Большой регион центральной Азии на карте привлекал свое внимание, огромный интерес к Западному Казахстану был навеян множественными фотографиями из социальных сетей коллег джиперов.

Сор Туз Баир. Западный Казахстан. Мангышлак.

Мыс Жыгылган. Упавшая земля. Западный Казахстан. Мангышлак.

Голубая бухта. Каспий. Мангышлак.

Мыс песчанный. Западный Казахстан. Мангышлак.

Впадина Карагие. Западный Казахстан. Мангышлак.

гора Бокты. Урочище Байсары. Западный Казахстан. Мангышлак.

Урочище Босжира. Западный Казахстан. Мангышлак.

Узбекистан еще со школьной парты увлекал своими пустынями, древними городами, Аральским морем, пловом и лепешками, тушканчиками и змеями.

Аяз-кала. Крепости древнего Хорезма. Узбекистан.

Самарканд. Регистан.

Аральское море. Каракалпакия.

Аральское море. Каракалпакия.

а Находясь в этом регионе, как же не поехать на крышу мира, к семитысячникам, в любимые горы, к границе с самим Афганистаном!

Организация к поездке состояла исключительно из подготовки автомобиля к тяжелым дорожным условиям! В остальном мы взяли вещи исходя из текущей погоды в регионе (+40 и выше): трусы, футболки, джинсы, толстовки и поехали.
Благо, ребёнку 2-х летнему захватили теплую зимнюю куртку. Спальники не взяли, лишь одеяло верблюжее в нашей палаточке, обогреватель решили не брать, о чем позже жалели. И поехали…

Наши остановки по маршруту могли возникать спонтанно, в поездке везде, за исключением Узбекистана мы были с мобильным интернетом и искали интересные места прям в пути (Узбеки продают симки только по Узбекскому паспорту).
Решили заехать на удивительное озеро Баскунчак, меловые горы Аккергешен и Атолагай, расположенные рядом с Мангыстау, грех было пропустить!

оз. Баскунчак. Россия

Урочище Аккергешен. Западный Казахстан.

Урочище Актолагай. Западный Казахстан

Многие интересные места Казахстана, Узбекистана нам подсказывали местные жители, с которыми мы знакомились онлайн и вживую!
Сразу скажу, нам это путешествие больше понравилось, чем 19000 км по Европе, никогда не было скучно, всегда было комфортно общаться, делиться впечатлениями с гражданами Средней Азии, практически все говорят на русском!
На нашем пути всегда встречались открытые доброжелательные люди, гостеприимные и радушные! Ну, за исключением полиции Казахстана, эти мракобесы непробиваемы и скупы. Впрочем, надо строго не нарушать правила!
Вообщем, мы ехали не спеша, изучая все прелести мира, обожаю такой режим, без мыслей о работе, о времени, о финансах. Нет забот, нет проблем, едешь в удовольствие.

Наши клипы из поездки по России, Казахстану и Узбекистану привожу ниже:

Еще я создал видео о том, как мы живем в подобных поездках, клип об организации нашего мобильного быта:

А сюжеты большого фильма представленного выше я посветил горам, горам Памира и Тянь-шаня …

В поездке мы писали статьи об интересных местах по нашему маршруту.

Я обожаю горы как ничто другое. Может быть, потому что я родился у горных хребтов в Магадане и провел там большую часть детства, но скорее всего, потому что горы они разные, они не похожи друг на друга. Только в горах ощущается непередаваемая словами свобода, огромные горные плато захватывают дух, а множественные краски горных рек, озер, снежных вершин, лугов и лесов формируют безумную картинку как в голове, так и на фотопленке!

Каждый день нахождения среди исполинов я твердил слова восхищения.

Памирский тракт. Таджикистан.

Жаль что в горах мы были не так долго, как хотелось!
За 11 дней мы пересекли Памир и Тянь-шань, от Душанбе до Алматы!
А ведь могли и помедленнее ехать… Стоило только припасти теплые вещи в поездку: куртки, обувь и спальники с обогревателем.

Что больше всего впечатлило!

1. Это бездорожье. Машина всегда была в тонусе, никаких расслабонов, джип должен ехать вне дорог и он ехал.
Ехал быстро по любому покрытию: щебень, камни, песок, степь, ямы. Мы сидели комфортно и беззаботно смотрели на его работу! Спасибо тебе трудяга! Не подвел!

2. Горные перевалы и серпантины. За одну поездку их было несчетное количество, особенно в Киргизии. И каких! Один краше другого! И снова, вспоминаю Европу с ее скучными мостами и тоннелями. Заявляю: Лестница троллей в Норвегии — чистый пиар, таких лестниц мы прошли как минимум с пяток!

Перевал. Тянь-шань. Киргизия.

С перевалами наш путь был напряженным и очень нескучным, невероятная концентрация на дороге и покрытии, опасно, местами страшновато, но…когда привыкаешь к этим условиям, начинаешь восхищаться, ловить кайф, впечатления с геометрической прогрессией валятся в нашу память.

3. Бесчисленное число горных жителей, а именно: овечек, барашек, козликов, коров и удивительно красивых лошадей, которые так естественно смотрятся на фоне горных лугов. Мы восхищались грацией скакунов каждый день, на них можно смотреть вечно, лучшей картинки нет, кони на воле в своей среде! Тысячи овец, баранов, коз и коров доставляли нам много неудобств в перемещении! То и дело они возникали на нашем пути, перегородив всю дорогу, стада бывают небольшие 10-20 голов, а некоторые могут быть несколько сотен. Вот и едешь медленно в этой реке, и хорошо, когда дорога не на серпантине. Часто же, пастухи ведут скот на вершины, где травка вкуснее, полезнее и слаще, и представьте: дорогу шириной в полторы машины, километровые пропасти и наше рандеву с этими милахами!
Весело было только сыну, он выучил не только названия всех животных, более того, различает их в лицо и даже умеет разговаривать с ними…

4. Путешествие по Варзобскому ущелью, через перевал Анзоб к жемчужине Таджикистана — озеру Искандеркуль. Красивейшая горная дорога, построенная китайцами, тянется вдоль всего ущелья от самого Душанбе. Вокруг множество оздоровительных учреждений и мест для отдыха, в этом же районе местная Рублевка с красивыми виллами.
После этой прелести с платной дорогой мы пошли на очень опасный перевал в 3367 метров. 2 часа в ночи туда и два часа днем обратно были как черное и белое, как злое и доброе, как страшное и красивое для нас! Потому как ехать вдоль обрывов ночью было мягко говоря не удобно! Мы расходились в миллиметрах со встречкой, которая слепила дальним. Уступали постоянно в карманах фурам, ползущим медленно вверх. Постоянные обгоны медленных авто на бездорожном серпантине были настоящим экстримом.

Перевал Анзоб. Таджикистан.

Жена сильно нервничала и переживала, но наш страшный сон благополучно закончился. Обратная дорога через перевал была уже наслаждением, созерцанием природы и видов.
Сколько раз зарекаюсь не ехать в ночь, постоянно не стыкуются мои желания с внешними условиями) Вот и в этот раз! Перевала Анзоб мы бы не увидели и приехали бы на озеро Искандеркуль засветло, если бы не реконструкция тоннеля!
Теперь об озере…

оз. Искандеркуль. Фанские горы. Таджикистан.

Раскинувшееся на высоте 2500 метров, это волшебной красоты озеро не может не зацепить. Однозначно, красивейшая дорога к озеру вдоль реки, необыкновенные виды со всех сторон этого озера. Запомнилась очень наша ленивая днёвка на вертолетной площадке президента Таджикистана. Мы неспешно проводили день, созерцая красоту, в тишине, в окружении горных вершин. Мы словно заключенные вместе с озером таились в большом пространстве, но это заключение было в кайф и нам и ему!
А еще мы прогулялись к огромному водопаду, которое питают воды Искандеркуля. Название ему величественное — Фанская ниагара.

5. Дорога вдоль границы Таджикистана и Афганистана — это более 500 км вдоль реки Пяндж, естественной границы двух государств. Удивительно наблюдать за жизнью народов двух стран в один момент, едешь по Таджикской дороге и оцениваешь средневековые тропы Афгана. Удивляешься, как там над пропастью едут грузовики, как люди горными серпантинами ходят из кишлака в кишлак 20-30 км. А чем живут? У таджиков — кафешки, магазины, какие-то заведения общественные, пусть и не идеальная, но инфраструктура, хоть какое-то цивилизованное общество. Через реку наблюдаешь лишь натуральное хозяйство и безграничный труд человека. Поражает! Благо, построены мосты дружбы, либо наркотрафика, под прикрытием торговли двух дружественных народов!
Памирцы и Афганцы Памира считают себя друзьями, их ведь объединяют многие аспекты жизни, сформированные задолго до этих границ. Вера, язык, быт, ценности…

р. Пяндж. Таджикистан-Афганистан.

6. Памирские просторы, высокогорье, оно нам и понравилось, и в то же время не очень! Да, ты передвигаешься на невероятных высотах 3500-4500 метров над уровнем моря. Тебя окружают 6 тысячники, большие пустынные пространства горных долин впечатляют своими размахами! И эта дорога уходящая в бесконечность…

Памирский тракт. Таджикистан.

Но резкие перепады высот, сказались на нашем самочувствии. Побаливала голова и лично мне было тяжело дышать. Очень мало воздуха на вдохе. Такое чувство, как будто нельзя сполна наполнить свои легкие, возникает стопор какой-то во вдохе полной грудью.
Непередаваемые ощущения и они не очень приятны. На такой высоте не варятся овощи. Готовить на плите в условиях температур близких к нулю было весьма не комфортно. Вода уже кипит при 88 градусах. Кипит долго, а картошка всё сырая. Чайник вскипел — налил чай — пьешь теплый… Ох уж этот разряженный воздух и низкое давление!
Артемий (сын), на удивление приспосабливался ко всем изменениям, не хандрил. Но лучше бы мы как по науке, делали набор высоты по 600 метров в день с аклиматизацией и правильным питанием! Не подготовились, приобрели опыт.

оз. Каракуль. 3900 м. Таджикистан. Памир.

В нашем пути по Памиру Были теплые ванны, где мы чуток откисали, были Яки лохматые вдалеке на лугах, были красивые реки, озера и пустыня, угнетающая пустота среди вершин. Перефразирую…ни травинки, ни леска, и поля без колоска…Это все не мое, не родное!

7. Киргизия. Мы не планировали задерживаться в этой стране, я думал после Памира ехать через Узбекистан домой. Но, во-первых бдительная таможня узбеков, ее повторное прохождение наводило ужас на нас. А во-вторых, мы же никуда не спешим, неизвестно когда мы будем так близко к великому Иссык-кулю, когда еще заедем в Алма-Ату и её окрестности. Решено, удлиняем маршрут. Ничего не теряем, только приобретаем многое.
Так и случилось. У меня нет слов, чтобы описывать эту горную страну. Вот там реально удивительные горы, разнообразные, красочные и манящие! Мы жили в юртах Киргизов на высокогорном озере Сонг-кёль, видели сказочные тяньшанские ёлочки, мочили ноги в чистейшем озере мира, бродили по ущельям. Я буду вспоминать это всегда. Страну гор, тысячи гор и десятков хребтов.

Григорьевское ущелье. Тянь-шань. Киргизия.

Григорьевское ущелье. Тянь-шань. Киргизия.

оз. Иссык-куль. Киргизия.

8. И конечно же запомнились люди. Которые приглашали нас к себе в гости, угощали сына фруктами, предлагали нам ночлег в своих домах, обещали помочь в любой ситуации и давали свой мобильный. Невероятно. Многие сводят концы с концами, но готовы накрыть вам поляну с пловом, чаем, лепешками, сухофруктами, орешками, конфетами и пр.
Многие жалуются на департацию из России, так как это был единственный шанс для них заработать деньги.
Жесткая работа ФМС конечно радует, но в то же время жалко людей, которые живут своим хозяйством, причем труд их весьма тяжел, они не бездельничают лежа на печи.
Одна женщина сказала, что очень скучает по России, ведь там была очень лёгкая работа и она была одна. А тут десять работ. Следить за большим хозяйством, действительно, очень огромный труд, особенно когда нет поддержки никакой со стороны государства.
К примеру, пенсия Памирцам 3 доллара в месяц. А заплатить за выпас одной овечки в горах стоит 1 доллар в месяц. 9 овец прокормить летом можно на 9 долларов. А что кушать самому… Многие скотоводы хорошо живут, зарабатывая прилично в сезон. Уходят на 3-4 месяца с семьей высоко в горы и живут там скудно питаясь, но зарабатывая свои кровные тысячи долларов!

Наша неспешная дорога домой прошла по не менее красивым и интересным местам:

Чарынский каньон. Казахстан.

Большое Алмаатинское озеро.

Урочище Бектау-Ата. Казахстан.

Кунгурская ледяная пещера. Россия. Пермский край.

Это была удивительная поездка, из ряда тех, что раз и на всю жизнь, но мы пожалуй в будущем обязательно будем строить свои планы, чтобы вернуться в этот регион! Мы так много еще не видели, так мало с кем познакомились, так мало покушали традиционных блюд. Но мяса откушали разного и сполна. Мы так мало вдохнули разряженного воздуха и так мало сделали днёвок в сумасшедших по красоте местах…

На сайте могут быть использованы материалы интернет-ресурсов Facebook и Instagram, владельцем которых является компания Meta Platforms Inc., запрещённая на территории Российской Федерации.

Самая высокогорная трасса СССР: путешествие по Памирскому тракту

Памирский тракт — одна из самых живописных дорог мира и самая высокогорная трасса на территории бывшего СССР. Она появилась в XIX веке во время «Большой игры» — колониального соперничества Британской и Российской империи. Сначала тракт соединил Ферганскую и Алайскую долины, а позже продолжился до Хорога и Душанбе.

Современное путешествие стоит начинать со столицы Таджикистана и, постепенно акклиматизируясь, подниматься в горы — на «крышу мира»: когда Памир получил это прозвище, местные еще не знали о существовании более высокого Тибета. Поездка обещает быть экзотической и колоритной: большая часть Памирского тракта проходит по высокогорному ущелью реки Пяндж, вдоль границы с Афганистаном. Кроме сменяющих друг друга зеленых долин и драматических ущелий, на дне которых кипит Пяндж, на пути немало достопримечательностей, и они очень разнообразны.

Когда лучше ехать

Климат в Таджикистане резко континентальный: это значит, что здесь довольно сухо, а температура сильно скачет даже в течение дня. Если в долинах (и в Душанбе) летом часто за тридцать, то в горах вечером может быть около нуля. Лучшее время для путешествия на Памир — с июля по сентябрь: потом начинаются холода, дожди и снега, дорогу часто закрывают из‑за разливов рек, селей и камнепадов.

Какие документы нужны

Прилететь в Таджикистан можно прямым рейсом Москва — Душанбе. Для пересечения границы потребуется сертификат о прививке (можно «Спутник V») или отрицательный ПЦР-тест.

Для путешествия на Памир нужно оформить разрешение на посещение Горно-Бадахшанской автономной области — в посольстве Таджикистана в Москве или в ОВИРе в Душанбе. Его делают на основании российского загранпаспорта в течение суток, и действует оно на территории всей автономной области, кроме Сарезского озера и национального заповедника Зоркуль. Разрешение на посещение Сарезского озера выдается редко; разрешение на посещение Зоркуля получают в дирекции заповедника в Душанбе.

Что нужно знать водителю

Для путешествия по высокогорному Памиру нужен джип. Если вы не готовы к экстремальному вождению, стоит нанять в Душанбе местного водителя. Можно отважиться и на самостоятельное покорение Памира, арендовав джип в аэропорту. Тогда вам потребуются боевой дух и уверенные навыки не только вождения по узким горным каменистым дорогам, но и замены шин, устранения последствий закипания двигателя и езды на пониженных передачах. Запаситесь парой канистр: заправок на Памире мало, бензин наливают не во всех поселках, где именно — спрашивайте у местных: ключевые слова заимствованы из русского (заправка, остановка, маршрутка).

Памирский тракт могут в любой момент закрыть на несколько дней из‑за камнепадов — не стоит даже пытаться рассчитывать время по минутам. Лучше набраться терпения и наслаждаться видами и общением с местными: они, кстати, неплохо говорят по-русски и по-английски. Неспешное перемещение в пространстве и отсутствие строгого плана избавит от разочарований («опять не проехали нужные километры и не успеваем в назначенную точку»), а постепенный набор высоты позволит избежать горной болезни. Если она вас все же настигнет, то местные будут отпаивать вас сладким зеленым чаем и колой, однако единственный проверенный способ борьбы с этой напастью — потеря высоты и повторная акклиматизация.

Где жить и есть в горах

Гостевых домов и кафе, как и самих поселений между Хорогом и Мургабом, немного, хотя в последнее время их все больше. Если что, стучитесь к местным: поверьте, под звездным небом в горах вас не оставят. Не поселят, так обязательно подскажут, где можно остановиться и перекусить. После ужина вам наверняка предложат там же остаться на ночь за 4–5 долларов: торг уместен, запаситесь мелкими долларовыми купюрами. Иногда могут приютить и даром: в таком случае путники «расплачиваются» информацией (она тут ценится особенно высоко) и общением по-английски. Большим преимуществом будет спальник: спать предстоит на коврах на полу или на топчане, а ночи в горах прохладные даже летом. Можно переночевать и в палатке: летом дождей почти не бывает, а источников чистейшей питьевой и минеральной воды в избытке.

Еда на Памире не радует разнообразием. Фруктов и овощей почти нет, везде предлагают лепешки, яйца и местный сыр. Мясо едят редко, готовят его очень просто. Часто угощают курутом — высушенным соленым сыром сероватого цвета, страшноватым на вид, но совершенно незаменимым при восхождениях в качестве источника соли. Местный чай ширчой придется по вкусу не всем: в него добавляют соль, молоко и масло (сливочное или ячье). Магазинов мало, в них в основном соль, сахар и крупы, а также душераздирающего вида сладости на развес. Впрочем, скудность местной кухни компенсируется гостеприимством жителей. Запаситесь сувенирами и побрякушками, чтобы в ответ порадовать детишек: их много, а игрушки они видят нечасто.

Душанбе

Даже если вы уже оформили все разрешения в Москве и вам не терпится ехать в горы, для начала стоит познакомиться со столицей Таджикистана: заглянуть в исторический и этнографический музеи, пройтись по шумному пестрому рынку «Шохмансур», наесться пловом (например, в чайхане «Рохат» с деревянной резьбой современных мастеров) и замечательными по вкусу и по цене фруктами — на Памире раздобыть их будет практически невозможно. Так получилось, что главная достопримечательность находится в соседнем поселке Гиссар: местная крепость — один из старейших и крупнейших архитектурных памятников Центральной Азии, и он неплохо сохранился.

Если в запасе есть пара-тройка дней, можно выехать в Фанские горы и совершить восхождение к изумрудным Алаудинским озерам или устроить на закате пикник на озере Искандеркуль на фоне заснеженных хребтов. Озера, которых здесь бесчисленное множество, будут менять свой цвет в зависимости от времени суток: сто оттенков голубого, зеленого, серого, в жаркий день можно даже отважиться на купание. А за один день можно пройти часть несложного живописного маршрута «Семь мостов» вдоль реки Оджоб от города Варзоб, расположенного всего в 30 километрах от столицы.

Предгорья Памира

Душанбе — Нурек — Куляб

Путешествие из Душанбе начинается на отрогах Гиссаро-Алая. Горы пока не такие высокие, но уже тут много всего интересного. Особенно впечатляют высокогорная Нурекская ГЭС и разноцветная соляная гора Ходжа-Мумин с ажурными пещерами. Можно сделать крюк и доехать до средневекового буддийского монастыря Аджина-Тепе или горячих источников Чилучор-Чашма, образующих реку. Но главный ориентир на этом отрезке пути — древний город Куляб, в центре которого сохранился мавзолей персидского ученого и теолога Мир Сайида Али Хамадани.

Долина реки Пяндж

Шуроабад — Калаи-Хумб — Рушан — Хорог

После перевала Шуроабад начинается долина реки Пяндж — по ней проходит граница с Афганистаном, дорога петляет вслед за рекой. Здесь начинается Горно-Бадахшанская область: горы вокруг становятся все выше, пейзажи все эффектнее. Развлекает и процесс высматривания необычных советских остановок в населенных пунктах и подвесных мостиков через многочисленные речушки, устремляющиеся в Пяндж. У места, где в нее впадает река Обихумбоу, расположено село Калаи-Хумб, где можно пообедать и отдохнуть.

Самое интересное начинается в поселке Рушан, где можно на пару дней с комфортом разместиться в одном из гостевых домов. Тут интересно совершить трекинг вдоль рек Вамардара или Бартанг, сфотографироваться на фоне лазоревых озер, образованных рекой Джизевдара. А в самом городе — погулять по крепости Вамар, с которой открываются виды на афганский берег Пянджа с редкими пустынными кишлаками. По практически отвесным скалам проходит еле заметная тропинка: если заранее позаботиться о бинокле, то на ней можно разглядеть редких путников в национальной одежде — скорее всего, они направляются на известный рынок в поселке Ишкашим.

Хорог и горячие источники

Хорог — административный центр Горно-Бадахшанской области и отправная точка для путешествий по высокогорному Памиру. Здесь даже есть аэропорт, но он в основном обслуживает вертолеты.

В Хороге удивительный ботанический сад — второй в мире по высоте над уровнем моря (после непальского). В коллекции более 4000 растений со всего мира, встречи с которыми никак не ожидаешь в таком климате. А в историко-краеведческом музее можно узнать об истории Памира и о местных народах, которые называют себя помири и населяют территории Таджикистана, Афганистана, Пакистана и Китая. Кроме ислама, в регионе сильны позиции зороастризма (особенно в Шунгане) и буддизма (Вахан), поэтому религиозные постройки разнообразны и специфичны, а их архитектура отвечает особенностям климата.

Отсюда можно доехать до бальнеологического курорта Гарм-Чашма: приятно отдохнуть на горячих источниках, они напоминают исландские и образуют гейзеры высотой до полутора метров. Впереди еще будут источники, но куда более скромные: в поселке Авч за 27 километров до Ишкашима, в Ямчуне (купальни Биби-Фатима) и в Зонге (источник Шаралай).

На выезде из Хорога путников провожает памятник ЗИСу — первопроходцу Памирского тракта. Постепенно начинаешь понимать, почему первой машине, прошедшей по этому ущелью, воздают такие почести. А пешеходы тут строили крепости еще до нашей эры, монахи несли в эти суровые края буддизм. Торговые караваны и сегодня смотрелись бы тут совершенно естественно.

Ишкашим и крепости

Ишкашим — Каахка — Даршай — Ямчун — Вранг — Зонг

Главная достопримечательность Ишкашима — базар на нейтральной территории между Афганистаном и Таджикистаном. Кроме китайского ширпотреба, здесь много антиквариата, одежды и прочих диковинок, тут можно провести не один час. Особенно решительные выбирают себе и невест, но иностранцам с этим спешить, пожалуй, не стоит. Дни и время работы нужно уточнять.

Дорога продолжает петлять вдоль Пянджа. За Ишкашимом можно увидеть крупнейшие крепости Памира — древние форпосты, построенные на этом труднодоступном участке Великого шелкового пути. Крепость Ках-Каха была построена в III веке до н. э. в сужающейся части долины на одиноком утесе в селе Намангут, с видом на Ваханский коридор. В кишлаке есть историко-краеведческий музей Ваханского коридора, а также святое для исмаилитов место — мазар (усыпальница) Шохи Мардон Хазрати Али. Крепость Ямчун появилась в II веке до н. э. и тоже расположена в стратегически важном месте — на высокой скале между каньонами рек Ямчун и Вичкут. Она защищала Бактрию от кочевников с востока. Это был целый военный город, окруженный стенами с 40 башнями.

А возле Намангута расположен кишлак Даршай с его зороастрийским святилищем, крепостью и оврингом — деревянными висячими карнизами-мостками, сделанными вручную над отвесной кручей. На пути к оврингу можно увидеть отлично сохранившиеся петроглифы: наскальные изображения людей и животных, надписи самого разного времени на самых разных языках. Таджикская пословица гласит: «Путник на овринге, как слеза на реснице». Смысл в том, что без ловкости и храбрости эту дорогу не одолеть, притом что до некоторых поселений другой дороги просто не существует. Неудивительно, что коренные жители Памира и Тянь-Шаня очень гордятся своими оврингами как культурно-инженерным феноменом.

В поселке Вранг от старой пирамиды V века открываются виды на Афганистан, многоцветные хребты Гиндукуша и отмели на Пяндж — насытиться этими картинами, кажется, невозможно. Стоит посетить и Музей Мубораки Вахани — местного ученого, богослова, музыканта и поэта XIX века. Здесь собраны сделанные его руками музыкальные инструменты, написанные им книги, предметы быта, сохранилась и оригинальная роспись потолка. А на подъезде к Ничгару — красивые барханы: мягкий песок отдает на закате тепло уставшим после прогулок ногам. Достойным продолжением крепостной темы станут Абрашим в Зунге (тут тоже есть зороастрийское святилище), наблюдательная башня (тупхона) в Ратме и Кафыр-кала в Богеве.

Лянгар и высокогорная пустыня

Лянгар интересен петроглифами и видами на Пяндж и впадающую в него Вахандарью. Петроглифов очень много: на нескольких полях на высоте от 2700 до 3500 метров — около десяти тысяч изображений и граффити, созданных от первого тысячелетия до н. э. до XX века. Например, есть двухметровая фигура лучника, изображения музыкального инструмента рубоба. Откуда столько рисунков? Лянгар возник на перекрестке важнейших караванных путей, был местом встречи культур и даже цивилизаций. Здесь водились самые разнообразные животные, а над поселком много плоских каменных глыб, принесенных сюда ледником.

Из Лянгара можно отправиться в непростой хайкинг на целый день к плато, с которого начинаются сложнейшие альпинистские восхождения на пики Маркса и Энгельса. При хорошей погоде эти вершины можно увидеть невооруженным взглядом, но чаще они прячутся за облаками, как и пик «Московской правды». Зато не разочаруют дорожки вдоль рукотворного арыка, местами образующего водопады: и заблудиться невозможно, и вода всегда рядом. По плато петляет ручей — можно прыгать по мягким ярко-зеленым кочкам, наслаждаясь долгожданной прохладой и собственным героизмом. А он ведь потребуется: маршрут около 8,5 километра в одну сторону, при этом подъем более километра, и кислородное голодание неизбежно. Стартовать нужно затемно, ведь солнце прячется за хребты довольно рано. А из ущелья, которым заканчивается дорога, дует такой пронизывающий ветер, несущий еще и колючий снег с вершин, что хочется немедленно начать спускаться в гостеприимный Лянгар, напиться горячего зеленого чая и лечь скорее в теплую постель. Не верится, что еще вчера вы обгорели на солнце, расхаживая в майке по крепости в Зонге. Но и на этом плато можно встретить людей: если повезет, в кошаре окажутся пастухи, и горячий чай будет гарантирован задолго до ночи в кишлаке.

В 40 километрах от Лянгара начинаются совсем иные климат и рельеф: здесь не встретить земледельческих оазисов долины Пянджа, это суровая высокогорная пустыня с перевалами и скалами, где полновластные хозяева — яки. Но и за перевалом Харгуш есть своя жизнь, хотя поселений здесь намного меньше: попадаются киргизские юрты (многие жители пускают в них переночевать) и необычные кладбища с мавзолеями разных форм. В озерах выращивают рыбу — можно от души наесться ею в местечке Акбалык. А из кишлака Булункуль — самого высокогорного поселка СССР (3,5 километра над уровнем моря) — можно отправить открытку друзьям и родным, тут с советских времен работает почта.

Мургаб — Ош

На подъездах к Мургабу можно побывать на бесконечных озерах (особенно живописен Яшилькуль) и в полной мере насладиться одиночеством и тишиной. А потом удивиться внезапной цивилизации в Мургабе: это местный туристический центр, где находится самый высокогорный памятник Ленину в мире, не считая бюста вождя на пике Ленина. На протяжении непростой истории Таджикистана последних десятилетий памятник несколько раз заносили на одну из высочайших вершин мира неленивые идеологически подкованные альпинисты, но спускали вниз не менее упорные и неленивые альпинисты, сторонники противоположной идеологии. По последним сведениям, бюст снова на высоте. В самом городе можно купить сувениры, здесь много комфортных мест для проживания, но почти нет зелени, по улицам даже летом гуляет пыльный ледяной ветер.

Природа здесь все более сурова к человеку, а из животных попадаются лишь любопытные сурки и невозмутимые яки. Если есть время и силы, можно продолжить путь до киргизского Оша — там формально заканчивается Памирский тракт. Но путь туда лежит через Ак-Байтал — самый высокогорный перевал бывшего СССР (4655 метров): из‑за горной болезни путешествие дается нелегко даже тем, кто провел на Памире несколько недель и хорошо акклиматизировался. Машины на такой высоте тоже ведут себя непредсказуемо. В любом случае лучше покорять перевал, путешествуя из Душанбе: если стартовать в Оше, набор высоты будет совсем стремительным и беспощадным. По дороге на Ош будут еще перевалы, русская крепость и пограничная застава XIX века, озеро Каракуль.

Обратный путь

Назад в Душанбе можно поехать по менее сложной трассе, а заодно прокатиться через долины Хингоба и Вахша. После Памира возвращаться на «большую землю» странно: машины, люди, города, магазины, огни праздничного летнего Душанбе перед отлетом в Москву… «Крыша мира» и вправду совсем иная, чем его многочисленные и разнообразные этажи, подвалы, пристройки, балконы и мезонины.

Памирский тракт: от Мургаба до Оша

IMG_9861.jpg

На такой высоте практически нет растительности, поэтому все выглядит настолько мрачно.

IMG_9656.jpg

Через 75 километров и почти 1000 м набора начинается самый высокогорный перевал бывшего Советского Союза – Ак-Байтал – 4655 м. Это самая высокая точка нашего путешествия, так высоко мы еще ни разу не поднимались.

IMG_9672.jpg

Машина медленно, тяжело, но все-таки поднимается на перевал, при этом я не переключался на бензил (ехал на пропане) и не включал пониженный ряд передач. Вообще, сложно было поверить, что возможно заехать на такую высоту на автомобиле.

Чтобы понять, что значит эта высота, вот небольшой список знаменитых вершин с высотой близкой к данному перевалу:

IMG_9861.jpg

Все это время мы едем прямо вдоль границы с другим государством – Китаем

IMG_9685.jpg

Прямо за этим забором находится буферная зона между государствами.

IMG_9701.jpg

Пастбище на озере Каракуль – крупнейшим на территории Таджикистана. Озеро находится в плоской горной котловине на высоте 3914 м и окружено пустынными скалистыми хребтами

Одноименный поселок на берегу озера

И еще один высокогорный перевал, последний на территории Таджикистана

IMG_9755.jpg

Он ниже, чем Ак-Байтал, но почему-то более заснеженный

Позади Мургабский район

И горный Бадахшан

А впереди граница Таджикистана

Сначала проходим наркоконтроль, тут тоже была забавная ситуация, но о ней расскажу позже, потом ставим штампы выезда из Таджикистана и не забываем отдать бумажку на автомобиль, который получили при въезде в страну. Все движения через границу записывают в тетрадь, а по окончании дня спускаются с гор и вносят в базу через компьютер.

Граница Киргизии в самом низу перевала, но туда еще нужно спуститься. В апреле дорога была обледенелая, поэтому спускались, включив все блокировки и понижайки, чтобы не утащило в пропасть. Советую также взять с собой на всякий случай цепи противоскольжения.

IMG_9759.jpg

Внизу нас встречают какие-то печальные безжизненные пейзажи

IMG_9767.jpg

Даже страшно подумать, что это место для ночевки

С Кызыл-Арта понижение высоты очень быстрое, несколько тысяч метров, поэтому гоная болезнь резко отпустила. А вот если ехать на Памир с этой стороны, то организму будет значительно сложнее, чем со стороны Таджикистана.

Трактор на случай, если дорогу переметет.

На границе Киргизии все прилично, есть интернет, вот только сначала все погранцы находились на обеде, а потом еще около получаса этот интернет не могли запустить. Все это время пограничники травили всякие байки, развлекая нас, на границе стояли мы одни.

После проезда границы не забудьте посмотреть налево и увидеть пик Ленина (7134 м) – один из «семитысячников» и высочайших вершин бывшего СССР.

Алайская долина. Делаем еще остановку в поселке Сары-Таш, чтобы пообедать.

А потом вновь на перевал, теперь под названием Талдык. Высота перевала 3615 м.

С юга с перевала дорога спускается впечатляющим серпантином.

IMG_9902.jpg

Перевал Талдык соединяет Алайскую долину с юга и долину реки Гюльча на севере. Здесь уже начинает виднеться цивилизация.

Ссылка на основную публикацию