Строим школу в Непале: волонтерский проект Романа Гека

Строим школу в Непале: волонтерский проект Романа Гека

Роман Гек — 28-летний состоятельный архитектор из Владивостока, в рабочем портфеле которого не только российские проекты, но и канадские и китайские. Привлекательный. Никогда не курил, пить избегает даже в компаниях. Вот уже больше года Роман вкладывает собственные финансовые средства и силы в строительство современного учебного комплекса в высокогорной деревне Джапхе. Это в Непале. С лопатами, ломами, тачками, кувалдами, кирками и командой волонтеров этот архитектор упорствует в намерении создать в стране тотальной безграмотности и безработицы место, где хотя бы сотня учеников сможет успешно окончить 10 классов и поступить в высшее образовательное учреждение, которое не то чтобы гарантирует, но даст шанс молодой девушке или парню на достойную жизнь.

— Роман, здравствуйте. Скажите, актуален ли еще поиск волонтеров в проект School for Nepal? Имею намерение приехать, если моя кандидатура подойдет.

— Педагогического образования у вас нет — преподавать у нас вы не можете, а на стройку девушек сейчас мы не берем, — отчеканивает Роман, строгостью пытаясь замаскировать смущение от необходимости отказать.

— Никто из представительниц прекрасного пола не может махать 16-фунтовым молотом 7 часов подряд. Работа тяжела даже для некоторых парней, — поясняет архитектор и сокрушается: большинство заявок приходит от девушек! Почему хрупкие красотки готовы ехать в такую даль, а парни нет?

Условия работы в этой дали действительно суровы. Задуманное здание в российских реалиях, с наличием техники, качественных стройматериалов и квалифицированных рабочих, можно было бы сваять за месяц или чуть более. Здесь же о бульдозерах и прочей крупногабаритной технике, которая способна упростить и ускорить процесс, думать не приходиться: участок под строительство расположен в 500 метрах от ближайшей, а ныне и вовсе заваленной дороги. Проезда к участку нет. Поэтому в распоряжении оказываются лишь местные базовые инструменты низкого качества (бывало, лопаты ломались по три на дню), воля, смекалка, мускулистые руки, упругий горб и один ручной лифт.

Но даже с такими жиденькими ресурсами за девять месяцев 68 циклично сменявшим друг друга людям из разных углов и уголков планеты удалось успешно завершить сложнейшие земляные работы: перекопать 950 м2 участка, установить стену из 306 габионов (проволочные или коробчатые корзины удерживают стены от разрушения в ландшафтном проекте) высотой в 3 метра и длиной в 52 метра; выкопать и устроить дренажную систему. И даже больше — построить домик для волонтеров и набрать команду учителей.

— Каждый день превращается в головоломку: «Как бы сделать что-то не так, как мы привыкли это делать, но при этом так, чтобы этим можно было пользоваться и оно не сломалось?» Инвентарь, который мы изначально закупили, вышел из строя через месяц. Стена из габионов — это предмет особой нашей гордости. С нее началось создание единственного во всей долине футбольного поля, — рассказывает Роман, делая на последнем предложении акцент, уловимый каждым, но понятный только среди «своих».

Сегодня «свои» возводят здание будущей школы и обучают детей в существующей. Веселятся, горюют и влюбляются. Живут в спартанских условиях. Спят на деревянных столах-кроватях и моются в единственном на 200 км в округе горячем душе. Едят рис вареный, рис жареный, плов, рисовую кашу, рисовые булочки, рис с перцем и пряностями, рис с маслом, рис с чесноком и рис с рисом. Временами лечат местное население. «Свои» очень медленно, но верно идут к цели — построить самую обычную школу в гималайской деревне.

А началось все с одного человека. В августе 2013 года Роман Гек, как и тысячи других до него, отправился в путешествие по Азии с целью выкарабкаться из круговой поруки успешного мужчины: «Учеба, много учебы, еще больше учебы; работа, много работы, еще больше работы; жена, дети, любовница». Роман рефлексировал под красоту пейзажей, употреблял килограммы дешевых фруктов и принял предложение Олеси Чаликовой, ставшей впоследствии одной из основательниц проекта, предпринять совместный треккинг вокруг горного массива Аннапурны.

— Треккинг мы провалили, но зато познакомились с Кришной Гаутамой, непальцем, который вместе с семью односельчанами решил обучать детей младшего возраста из своей долины и создал школу «Гималаен Спирит Академи» (Himalayan Spirit Academy). Кришна попросил компьютеры.

«Гималаен Спирит Академи» в деревне Джапхе — это единственная в долине негосударственная школа, где преподают на английском языке.

— Все образование в этой стране — на английском. Учебники с девятого класса все только на английском. Высшее — английский.

Школа представляет собой бамбуковую клетку площадью в 10 м2 с четырьмя деревянными лавками-партами на голой земле. Сегодня там обучаются 100 детей. Срок аренды земли скоро истекает, и единственное учебное заведение в регионе вынуждено будет переехать или вовсе закрыться. Правда, употребленные выше слова «школа», «обучаться», «преподавать», «английский язык» — скорее фигуральные, чем буквальные. Образование в Непале — это шутка. Как, впрочем, и волонтерство, которое некоторые не в меру предприимчивые люди превратили в один из способов отмывания и заколачивания денег. Им сложно перебороть соблазн тратить деньги на собственные нужды, когда за возможность побыть преподавателем в деревенской школе некоторые европейцы добровольно готовы выкладывать до 2000 евро за неделю.

— Я решил сперва убедиться в том, что компьютеры пойдут именно в школу, а не куда-то еще, как происходит в 90% случаев. Приехал в Джапхе, увидел эту школу без школы: в России в таких постройках держат скот, а здесь в комнатушке без окон сидели дети и — восторженно! — слушали учителя. Тогда и принял решение — надо помогать.

— Почему Непал? Почему деревня Джапхе? Если есть потребность помогать, то почему не у себя на родине, где совершенно точно есть места, где востребован альтруизм?

— Так совпало. Именно в Непале пришло понимание того, что нужно себя кому-то или чему-то посвящать и что работать ради денег или себя противно. Могло прийти и не в Непале. Да где угодно и когда угодно могло прийти. И именно здесь, в Джапхе, мое внутреннее изменение столкнулось с людьми, которым оно могло помочь, которым оно действительно было нужно. Семеро тургидов решили бороться с системой, из-за которой их дети обречены на непродолжительную жизнь в нищете. Да, они не представляли, что без помощи не обойдутся, но то, что могли сделать, они сделали, и в результате наши пути пересеклись. Поэтому я здесь. Поэтому мы здесь. Совпадение.

— Не могу не уловить нотку сарказма, но я понимаю, к чему клоните, — за месяцы работы в проекте у Романа явно выработался иммунитет к вопросу «Почему в Непале, а не в российской глуши?». — Тут унитаз для человека — роскошь. Половина населения долины его не имеет, притом что регион, на минуточку, считается развитым. А если во время сезона дождей один из родственников серьезно заболевает, его бросают и все равно идут работать в поле по 20 часов. Потому что если не работать летом, зимой от голода погибнет вся семья. Если в России мы говорим о качестве образования, то в Непале разговор ведется на уровне его наличия. Тут неуместны сравнения. Более того, сравнивать и не нужно.

— Беда — она везде беда. А дети — везде дети. Одни и те же стеснительные девочки-подружки, мальчишки-забияки, большие и искрящиеся глаза, пухлые щеки, нелепые бантики и открытые сердца. В России, в Непале, в Руанде, в Мьянме — не имеет значения где. Гляньте на фото. Неужели увидите разницу? Эти дети хотят учиться, и мы можем им в этом помочь.

— Путешествие без цели — это бегство, а осознанное волонтерство — это тяжелый труд, который ставит «чердак» на место, поэтому дауншифтеров здесь нет. Есть небезразличные люди, которым по разным причинам случилось встретиться и сплотиться в этой точке мира, — ответил Роман.

В действительности каждый из волонтеров на проекте знает, ради чего он находится в этом краю. Другие просто не задерживаются. Есть те, которые приезжают на короткий срок — не больше месяца. Есть те, которые провели на проекте более полугода. Есть и те, которые хотят увидеть открытие дверей этой школы.

Все волонтеры разбиты на две группы: учителя и строители. Последними руководит опытный строитель, американец Герман Мартинез. Ежедневно он составляет план работ и расставляет парней по участкам. Отбором учителей и организацией учебного процесса занимается Лукаш Фурманек, 36-летний поляк с педагогическим образованием. Требовательный и брутальный мужик, отпугнувший не один десяток белоручек. Он списывается с потенциальным волонтером-учителем, и дальше они вместе разрабатывают учебные программу и план.

— Мы не ставим задачи привлечь как можно больше людей. Иногда двое мотивированных «взрослых» — гораздо лучше, чем пятеро «детей». Не все готовы жить в тех условиях, в которых живем мы: бамбуковый дом, земляной пол, туалет и душ на улице. Поэтому очень важно, чтобы люди осознанно присоединялись к нам. Жаль, что таких волонтеров все равно мало. И всегда будет мало. Хоть мы и обеспечиваем питание и жилье, ехать в такую даль готовы немногие.

— Нет, наверное. Разные возрасты — от 19 до 52 лет. Разные профессии и роды занятий — архитектор, философ, экономист, шахтер, детский врач, адвокат, ИТ-инженер, диетолог, бизнесмен, плотник, географ, социолог, копирайтер, биолог, преподаватель, путешественник и другие. Разные страны — Казахстан, Словения, Чехия, Польша, Россия, Франция, Италия, Украина, Непал, Беларусь, Китай, Греция, Малайзия, Испания, Ирландия, Канада, Германия, Голландия, США и другие. Пары, друзья, одиночки. В целом, к нам приезжают очень образованные и успешные люди.

— Пишут, что хватает квалификации быть строителем, и в качестве аргумента приводят тот факт, что способны отличить гвоздь от шурупа. Или вот, парень 28 лет, спортивного телосложения: «Занимаюсь йогой, медитацией, сыроед вот уже 5 лет, познаю шамбалу и увлекаюсь аюрведой. Хочу приехать и преподавать дыхательную йогу, практическую медитацию и ведическую медицину». Ответили: «Отлично! Приезжайте! Мы можем предложить вам кирку, лопату, лом и кувалду» (смеется). Или вот, классика от девушки, которая спрашивает, есть ли у нас обогреватель или кондиционер в «комнате». Отвечаем честно: «Обогреватель у нас есть, правда, он блохастый, вонючий и гавкает по ночам».

— Точно. С ней вышел такой случай. Для защиты лагеря от непрошеных гостей собака была необходима. Так и появилась. Не самое сообразительное существо, конечно, но это тот случай, когда любишь за беспечность и тупизну. Она работает вместе с волонтерами-строителями, а после ходит в школу с волонтерами-учителями и спит между партами. Как любой приличной собаке, мы купили ей красивый ошейник. Немного времени прошло, и ошейники стали появляться у всех окрестных собак. В ход шло все, что попадало под руку: обруч от бутылки, газовый шланг, цепь от мотоцикла. Когда все собаки были одеты, ошейники начали появляться у водяных буйволов, коров, коз и прочей живности. И, что было предсказуемо, однажды Чапа вернулась домой без ошейника. «Сперли все-таки», — подумали все. Но через день в лагере появилась непальская мама. С грозным видом она вела за руку малыша, на котором красовался Чапин ошейник.

— Они прекрасные, — Роман с удовольствием заговорил о волнующем его предмете. — Невероятно выносливы. Ходьба по горам для них, пожалуй, такой же естественный для организма процесс, как дыхание или еда. Я занимаюсь плаванием, бадминтоном и считаю себя человеком спортивным, но здесь я даже за пятиклассницей не могу угнаться. А еще средний непалец на две головы ниже европейца, тощий и жилистый, но при этом он может утянуть на себе огромные тяжести. Натурально как муравьи.

— Чем могут. Иногда бамбук принесут, иногда овощи и фрукты со своего огорода. Однажды к нам пришла группа из трех женщин. Они попросились на стройку. Мы им сказали, что сейчас работа не женская: таскать мешки с цементом по 50 кг каждый. Те рассмеялись, сказав, что они всю жизнь этим и занимаются. Я все равно им отказал. Непал, кстати единственная в мире страна, где средняя продолжительность жизни мужчины выше женской.

— Стройке школы местное самоуправление, которое в нашей долине принадлежит старейшинам, не препятствует. Старейшины — это, как правило, 10-15 пожилых мужчин из разных каст и мест в радиусе деревни; они собираются раз в месяц, чтобы принять какое-то решение.

— Правительство Непала 20 лет не может конституцию принять. Непал находится в списке пяти самых коррумпированных стран мира, стран «победившей бюрократии». Ни до нас, ни до детей тем, кто повыше, нет дела.

— Три или четыре раза, когда было совсем невмоготу, приходили такие мысли. Как раз в такие моменты появлялись нужные люди, поддержка, и через какое-то время все более-менее налаживалось.

Строительство школы до сих пор ведется на личные сбережения Романа. Самое удивительно в этой истории то, что с самого начала он понимал и предупреждал всех: полностью осуществить проект за свой счет и за счет редких траншей от иностранных туристов, которых привлекает Кришна, нереально. Тем не менее строительство началось, невзирая на неуверенность руководства и самих волонтеров в перспективах всего предприятия.

— Я не миллионер, и у меня не было и нет денег для таких длинных инвестиций. Мы все прекрасно понимали, что, если собираемся рассчитывать на материальную поддержку, нужно для начала показать и доказать свои намерения. Прошел год, и мы завершили земляные работы. Мы подтверждаем свое намерение и сегодня ставим задачу собрать нужную сумму для завершения строительства, и еще на оборудование самой школы.

— Будем вынуждены остановить строительство и на пару лет уехать зарабатывать деньги. Мы достигли точки невозврата. Отступить уже не получится — слишком много людей на нас надеются.

Рабочий проект школы, где помимо школьных классов есть еще библиотека, общежитие для учителей и волонтеров, открытый кинотеатр, школьный храм, футбольное поле и детский сад, был разработан совместно проектирующими архитекторами Михаилом Шишиным и Лизой Дорошенко, а эскиз-концепция принадлежит Полине Исяньюловой из УралГАХА (ее работа выиграла в специально организованном международном архитектурном студенческом конкурсе).

Школьная система в Непале находится под эгидой местного самоуправления. Студенты обучаются до 10 класса, после чего сдают SLC-экзамены. Они и решают дальнейшую судьбу ребенка. Успешная сдача позволяет окончить школу и поступить в университет, где обучение ведется на английском языке. Если они проваливают экзамен, выбора у них нет. К сожалению, в 2012 году только 38% всех абитуриентов, обучавшихся в государственных школах, сдали SLC-экзамены, в результате чего большинство не имеет даже законченного среднего образования.

Государственные. В таких школах образование условно бесплатное. Это самый распространенный тип школ. В распоряжении государственных школ есть хорошие (по непальским меркам) здания, оборудование и квалифицированных учителя. Но там не учат! Этот парадокс, с которым я столкнулся, меня шокировал. Учитель, получая государственную должность, вступает в какую-нибудь радикальную политическую партию, и его невозможно уволить. Он не посещает занятия месяцами и все равно получает зарплату и социальную страховку. Местное сообщество, которое призвано контролировать закрепленную за ним школу, этим не занимается.

Частные школы. Частные школы в Непале — это бизнес. У них не самые лучшие учителя, но школы имеют систему рейтинга и хоть как-то заботятся о качестве своего образования. При этом они слепо копируют американскую систему, заставляя учеников зазубривать все наизусть. Ученики зазубривают, но ни черта не понимают, что это означает. Инженер из Khopa college офигел, когда архитектор из Владивостока, взяв теодолит, начал отбивать отметки, посчитал грунт и сделал топосъемку. Образование заточено для сдачи экзамена, экзамен они сдают, но работать не могут.

Локальные общинные школы. Школы типа нашей. Бюджет здесь состоит из платы за обучение и пожертвований, но не может быть положительным. Фактически именно эти структуры заботятся о качестве образования, но ввиду самого механизма работы они не могут быть успешными из-за недофинансирования. Есть примеры, когда в такие школы приходили «иностранцы», и все у них становилось хорошо. Есть отличные примеры, достойные повторения, чем местные активно и занимаются.

Строительство школы в Гималайской деревне.

” Мы строим школу Непале. Строим самую обычную школу там, где ее никогда не было, и в этом наша единственная цель “.

Выберите вознаграждение

Система.

“. зайдя в класс дети вскочили.
– Здравствуйте учитель! – хором прокричали все.
– Здравствуйте дети, я вообще то не учитель, я так зашел фотографию сделать. Делать нечего, встал у доски, спрашиваю:
– А какой это предмет?
– Компьютеры – хором отвечают дети!
– Информатика, значит. А где же сами компьютеры?
Дети в р астерянности. Тут один протягивает мне рабочую тетрадь с нарисованной дискетой и расшифровкой определения: «Дискета – это высокотехнологичное устройство, которое вставляется в коробку под с толом, чтобы записать на нее информацию».
– Ладно, извините дети, спасибо Вам! – в ступоре произношу я.
– Спасибо учитель, что учил нас сегодня, до встречи завтра! – вскочили дети и хором. Вышел, и понял что даже говорить не могу, дыхание перехватило .”

Как все началось

Я познакомился с Кришной Гаутам (основателем школы HIMS) в августе 2013 года во время совместного трэка с Олесей Чаликовой. Он вместе со своими односельчанами, такими же тур-гидами, скромно упомянул о созданной школы и просил помочь с компьютерами. К сожалению 90% благотворительности в Непале не имеет с этим ничего общего. Достать компьютеры – несложная задача, но чтобы удостовериться в существовании школы, было необходимо самостоятельно отправиться в Джапхе. В тот момент когда я увидел ее “здание” – родился проект schoolfornepal.

Это была школы без школы. В России в таких сараях держат скот, а тут, в бамбуковых плетенках 3×3 метра, сидели дети и восторженно слушали учителя. Сейчас это лучшее образовательное учреждение в долине, где действительно УЧАТ..

школа

Что было сделано

Была предложена помощь в строительстве настоящей школы, но при условии, что они докажут серьезность своих намерений. Тургиды общими усилиями, построили волонтерский дом из бамбука. Для людей живущих в долине подобные затраты немыслимы. После этого мы договорились о том, что я вложу собственные средства для начала строительства, проведу рекламную кампанию, привлеку волонтеров, и только после того, как будет виден результат, начнется разговор о фондах, материальной поддержке и краудфаудинговых платформах. До этого момента, денежной помощи извне никто не просит.

Основной интернет-платформой стал сайт школы, который поддерживается на 6 языках. Кроме того у нас есть группа«Build school for Nepal» зарегистрирована в социальных сетях Вконтакте и Фэйсбуке. Проект schoolfornepal стал известен на всех доступных волонтерских платформах Workaway, the7interchange, volunteermatch, globalhelpswap, gooverseas, wwoof, а также в непрофильных базах для путешественников таких как CouchSurfing и Bewelcome. Благодаря этим проектам к нам приезжают волонтеры со всего мира. Они регулярно обновляются и проверяются на наличие писем и обновлений. Мы тщательно проводим отбор всех волонтеров, и гордимся достигнутой дисциплиной, каждый получает 7 часовую загрузку: парни — на строке, девушки — в школе, при этом все волонтеры делают это на собственных началах. Хотите к нам? – велком! Еда и жилье предоставляются, но работенка пыльная. На проекте уже появились люди, такие как Лукаш Фурманек (Польша) отвечающий за волонтеров-учителей и Герман Мартинез (Мексика/США) ответственный за строительную команду. Начали приезжать настоящие опытные преподаватели, такие как Туана Вильямс (Алабама) и Людмила Гюльбякова (Москва). В качестве эксперимента, был запущен сопутствующий проект Открытка из Непала, где любой желающий за минимальное пожертвование 1 $ может заказать открытку прямиком из Гималаев. Олеся Чаликова запустила проект « РоманСплатьем» где можно приобрести романтичные женские платья из удивительных индийских тканей. Платья изготавливаются в долине Джапхе, создавая, столь нужные рабочие места.

В Петербурге, Москве и Владивостоке прошли акции “Непалимся” в поддержку нашего проекта. Был объявлен международный архитектурный студенческий конкурс на эскиз-концепцию школы. (где вверх взяла работа Полины Исяньюловой из УралГАХА) Совместно с архитекторами Михаилом Шишиным и Лизой Дорошенко был разработан архитектурный проект школы ( скачать), где помимо классов есть библиотека, общежитие для учителей и волонтеров, открытый кинотеатр, школьный храм, футбольное поле и детский сад. Сейчас в бамбуковом сарае 5 классов, где учатся 86 человек и еще живут пара преподавателей. Некоторые дети приходят сюда из соседних деревень (например Малу, которая в 2-ух часах ходьбы по горному серпантину). Когда мы закончим школу она станет полноценной (11 классов), здесь будут жить и учится более 250 человек.

Стройка!

Работа над строительством полноценного здания школы была начата в декабре 2013 года. Местность, где был приобретен участок, расположен на склоне холма. Вся работа выполняется вручную, так как доставить сюда технику не представляется возможным. Все что требуется для строительства, также доставляется вручную. Доставка – одна из самых трудных задач, которых приходится решать постоянно. Тем не менее, с помощью волонтеров, мы уже проделали самую трудоемкую часть работ.

Работа идет не так быстро как хотелось бы, но мы движемся вперед, шаг за шагом. На данный момент практически закончен один из самых сложных этапов — земляные работы (бульдозер, вероятно, сделал бы эту работу за 3 недели; мы же сделали это все вручную за 8 месяцев). Финансово мне помогают друзья и редкие волонтеры, но я не миллионер и построить школьный комплекс в одиночку мне не по силам. Для завершения строительства на данный момент нам не хватает 410 000 руб + налоги (10% комиссия сайта +13 НДФЛ) (Подобная школа в России обошлась бы в 8 млн.без учета земляных работ). А здесь стоимость складывается, в основном, из местных стройматериалов и доставки. Рабочую силу заменяют волонтеры. Подробную смету можно посмотреть здесь.

Школа имеет фонд. Который пополняется благодаря иностранным туристам, которых водят основатели проекта. Эти деньги покрывают ежегодный дефицит. (отчет за прошлый год можно посмотреть здесь) 410 000 это стоимость строительства “голого” здания, (собственно то, что из себя представляют абсолютно все школы в Непале – стены и крыша) но если мы все-таки превысим заявку, остаток денег будет направлен на оборудование (электричество, водоснабжение, мебель) это еще 400 000 руб.

состояние на 19 июня 2014

Зачем?

В моей родной стране образование достигло такого уровня, что мы можем позволить себе думать о его качестве. А здесь, люди все еще думают об его наличии. Приходилось ли вам встречать взрослых людей не умеющих читать и писать? Здесь их полно. Самая большая страна в мире у них Китай, а водных ресурсов больше всего у Вуразимии (вероятно Бразилия) У каждого из нас много своих проблем, но они совершенно другого уровня. Например, наличие элементарного туалета в непальском доме считается роскошью.

Они хорошие отзывчивые люди и они достойны, иметь хотя бы обычную школу. И да, кстати))) угадайте, какая страна для них, теперь самая лучшая?;)

И на последок, вдохновляющее интервью от волонтера Артема Жушмана: “Помоги проекту – помоги себе!”

Владивостокцы Роман Гек и Олеся Чаликова: «Мы строим школу в Непале — там, где ее никогда не было» (ФОТО)

28-летних архитектора Романа Гека и работника банка Олесю Чаликову из Владивостока сейчас больше знают в мире, чем в своем городе. С 2013 года они на свои сбережения делают международный волонтерский проект «Построй школу для Непала». Их целью является строительство школы для Himalayan Spirit Academy в районе деревни Джапхе (Непал). Сейчас владивостокцы запустили акцию по сбору денег, чтобы иметь возможность продолжить свою работу. VL.ru связался с организаторами проекта, чтобы узнать все подробности.

Как все начиналось

Himalayan Spirit Academy («Гималаен Спирит Академи») — это бамбуковый сарай на шесть классов, где учатся 86 детей от 5 до 12 лет и живут несколько преподавателей. Некоторые дети приходят сюда из соседних деревень, преодолевая долгую дорогу по горному серпантину. На условия никто не жалуется, потому что альтернативы нет. Обучение происходит на английском — все образование в Непале доступно только на этом языке, на непали учат детей лишь до шестого класса. Местные учителя чаще всего не знают английский и не имеют необходимой квалификации для того, чтобы преподавать.

Владивостокский архитектор Роман Гек во время своего путешествия в Непал познакомился с Кришной Гаутам, соучредителем Himalayan Spirit Academy, и понял, что не может пройти мимо тех, кому нужна его помощь. Позже к Роману присоединилась бывший банковский работник Олеся Чаликова, и стала его правой рукой и первой помощницей. Так появился международный волонтерский проект «BUILD A SCHOOL for Nepal» («Построй школу для Непала»).

Роман Гек: «В моей родной стране России образование достигло такого уровня, что мы можем позволить себе думать о его качестве. А здесь люди все еще думают о его наличии. Приходилось ли вам встречать взрослых людей, не умеющих читать и писать? Здесь их полно. Самая большая страна в мире у них Китай, а водных ресурсов больше всего у Вуразимии (вероятно, в Бразилии). У каждого из нас много своих проблем, но они совершенно другого уровня. Например, наличие элементарного туалета в непальском доме считается роскошью. Они – хорошие отзывчивые люди, и они достойны иметь хотя бы обычную школу».

Позже был объявлен международный архитектурный студенческий конкурс на эскиз-концепцию школы, где победила работа Полины Исяньюловой из УралГАХА. Совместно с архитекторами Михаилом Шишиным и Лизой Дорошенко был разработан архитектурный проект школы, где помимо классов есть библиотека, общежитие для учителей и волонтеров, открытый кинотеатр, школьный храм, футбольное поле и детский сад. Когда школа будет готова, она станет полноценной (11 классов), здесь будут жить и учиться более 250 человек.

Строительство школы

Работа над строительством полноценного здания школы была начата в декабре 2013 года. Местность, где был приобретен участок, расположен на склоне холма. Вся работа на проекте выполняется вручную, так как доставить сюда технику не представляется возможным. Все, что требуется для строительства, также доставляется вручную.

В начале проекта был сделан расчет именно на волонтеров, а не на местных жителей. Позже оказалось, что это было большой ошибкой и заблуждением — большинство волонтеров-строителей никогда раньше не брали в руки инструменты. Через полгода работы организаторы пришли к оптимальному рабочему составу, соотношению местных жителей и волонтеров.

На данный момент закончен один из самых сложных этапов — земляные работы (бульдозер, вероятно, сделал бы эту работу за три недели; Роман Гек и его команда сделали это все вручную за девять месяцев).

Сейчас расчищена площадка под строительство, вырыты котлованы под будущий фундамент. Продолжается устройство внешних лестниц и водоотведения. После того, как завершится строительство фундамента, начнется возведение стен и потом кровли.

О волонтерах на проекте

Проект «BUILD A SCHOOL for Nepal» стал известен среди волонтеров во всем мире. Благодаря этому, на строительство школы приезжают люди отовсюду — одни, чтобы учить детей, другие — строить и помогать с проектом. Еда и жилье волонтерам предоставляется бесплатно.

Роман Гек: «За время проекта здесь побывало более сотни человек со всего света, и я помню имена и привычки каждого. Люди совершенно разные и удивительные, именно они делают наш проект уникальным, становятся его героями. Здесь бывает физически тяжело и невыносимо, и поэтому я безгранично уважаю тех, кто осознанно остается с нами. Это самая лучшая команда, с которой мне приходилось когда-либо работать».

По словам Гека, бывают люди со своим пониманием волонтерства, но они долго не задерживаются. Таким кажется, что двухнедельный отпуск для обучения детей английскому — это необходимая помощь. На самом деле, один из тысячи способен научить ребенка новому за такой короткий срок, чаще всего за ним самим приходится следить, кормить, предоставлять жилье, все объяснять, а потом он просто уезжает. Для таких «волонтеров» в азиатских странах придумали volunteering fee (волонтерский сбор), когда человек платит за то, чтобы быть учителем, но это мало подходит для «BUILD A SCHOOL for Nepal».

После четырех месяцев проб и ошибок организаторы проекта научились правильно подходить к выбору волонтеров. Сейчас 90% людей на проекте знают разницу между волонтерством и волонтуризмом и осознают, ради чего всё происходит.

Все новости проекта публикуются на сайте. Набор волонтеров на стройку и в учителя постоянно открыт.

На что живет проект

Строительство школы, покупка стройматериалов и еда для волонтеров — все это идет из сбережений Романа Гека. Один рабочий день примерно обходится в 750 рублей, это оплата 4-6 наемных непальских работников (обычно каменщиков), трехразовое питание на 10-20 человек, электричество и газ.

Также проекту помогает онлайн-магазин «Роман с платьем», который создала Олеся Чаликова. По всему миру девушки и парни покупают романтичные женские платья, шарфы, шапки и рубашки из индийских тканей и шерсти. Всё изготавливается в долине Джапхе и Катманду, создавая рабочие места для непальских женщин, а вырученные деньги идут на развитие «BUILD A SCHOOL for Nepal».

Олеся Чаликова: «Магазин “Роман с платьем” возник просто — я хотела сшить себе платье, потому что в Непале такое не продается. Когда начала искать ткань, то была поражена ее выбором, качеством и дешевизной рабочего труда. Но бизнес ради бизнеса — не мой путь, в первую очередь, я волонтер. Поэтому решила сочетать помощь школе и возможность поделиться с другими платьями, сшитыми в Непале. Нашу одежду можно купить онлайн, а также в Санкт-Петербурге. Позже она появится в Москве».

Сейчас деньги Романа Гека почти закончились, и чтобы продолжить работу, была запущена краудфандинговая акция на платформе «Бумстартер». Еще в течение пяти дней каждый может финансово помочь проекту, получив за это вознаграждение в виде непальских специй, платья или флага компании.

Что говорят люди о проекте

По словам Романа Гека, непальцы крайне положительно относятся к проекту. Можно в один из дней обнаружить возле волонтерского лагеря девочку с корзиной гуавы или дедушку с охапкой строительного бамбука. О проекте «BUILD A SCHOOL for Nepal» говорят даже в Катманду, столице Непала. Волонтеры искренне удивляются, не понимая, как информация может распространяться так далеко.

Роман Гек: «Большинство русских относится к проекту очень позитивно, но есть “патриоты”, которые постоянно говорят про отсутствие школ в России. Как только я прошу их назвать хотя бы одно место, они замолкают. Вообще, конечно, забавно, называть себя патриотом и ничего не делать. Если ты знаешь, что в твоем селе или крае есть такое место, которое больше похоже на сарай для животных, то почему ты ничего не делаешь, чтобы это исправить, а только критикуешь чужую работу?».

Российские журналисты активно пишут о «BUILD A SCHOOL for Nepal», недавно проект был выдвинут на национальную премию «Моя планета». Иностранные волонтеры рассказывают о своей работе в блогах, но связи с мировыми СМИ пока нет — мешает отсутствие языка и связей с международными журналистами.

Проекты

Знаете ли вы про архитектора Романа Гека, переехавшего в Непал, чтобы с энтузиастами со всего мира спроектировать и построить школу для деревенских детей? Таких людей в нашей стране тысячи.

Летом 2018 года мы запускаем масштабный медиа-проект, основная задача которого – найти и вывести в медийное поле не менее 30 тысяч удивительных историй о молодых людях, последовательно меняющих окружающую действительность к лучшему, успешно преодолевающих трудности и, несмотря ни на что, верящих в лучшее. Каждая история – мотивация к действию, доказательство, что супергерои – это не вымышленные персонажи, а реальные люди, живущие, возможно, в соседнем подъезде.

Информационная кампания стартует в интернете при активном участии звезд российского шоу-бизнеса и блогеров. В течение августа-сентября сбор удивительных добровольческих историй выйдет на улицы: в рамках крупных городских праздников по всей стране будут работать шатры, в которых каждый желающий сможет рассказать свою историю.

Запустив шум вокруг темы ярких добровольческих историй, мы постепенно (и очень нативно) осуществим перепись эффективных практик в области реализации некоммерческих проектов. Собирая истории успеха, команда проекта подспудно аккумулирует успешные проектные кейсы; что особенно важно – кейсы, неразрывно связанные с конкретными людьми, создаст общее коммуникационное поле, в которое в течение нескольких месяцев будут включены десятки тысяч молодых добровольцев и социальных предпринимателей из 230 городов страны.

С СЕНТЯБРЯ ПО ДЕКАБРЬ МЫ:

1. Совместно с Общественной палатой и Яндекс.Картами найдем и отмаркируем на карте более 40 тысяч добровольческих сообществ. Проект будет проходить при активном участии уже работающих с нами НКО и сообществ (более 6 тысяч), региональных СМИ и лидеров мнений с активной опорой на сарафанное радио и интернет.

2. Совместно с Агентством стратегических инициатив и РАНХиГС проведем офлайн-исследование, по результатам которого будут разработаны карта социальных графов третьего сектора и национальный рейтинг третьего сектора с конкретными предложениями для глав регионов.

3. Совместно с найденными и дистанционно собранными в рабочие группы городскими активистами и лидерами социальных проектов разработаем и выложим в открытый доступ методические рекомендации по реализации добровольческих проектов во всех выявленных категориях с опорой на успешные региональные кейсы. Найденные материалы будут упакованы в виде понятных проектных историй с конкретными алгоритмами по планированию, подготовке и организации некоммерческих проектов, командообразованию, взаимодействию со СМИ и властью, фандрайзингу. Вики-методичка будет формироваться и пополняться самими пользователями.

4. При поддержке информационных партнеров проекта выведем самые яркие истории молодых гражданских лидеров, авторов добровольческих проектов из регионов в федеральное медиаполе, интересно и доходчиво расскажем их истории миллионам людей.

  1. ПОИСК, РАСПРОСТРАНЕНИЕ И ПОПУЛЯРИЗАЦИЯ УСПЕШНЫХ ПРАКТИК ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Мы собираемся найти, классифицировать, отмаркировать на картах и представить в виде конкретных кейсов лучшие практики добровольческой деятельности из регионов, разработать it-платформу и офлайн-механизмы, способствующие распространению, упрозрачиванию и популяризации подобной работы.

Задачи

  1. Запустить и успешно реализовать “Национальную эстафету историй”, задача которой – поднять широкую дискуссию вокруг темы ярких добровольческих историй
  2. В ходе реализации “Национальной эстафеты историй” провести исследование третьего сектора в России, классифицировать низовые активности, опредметить успешные практики по каждому направлению
  3. Разработать карту социальных графов третьего сектора и национальный рейтинг третьего сектора с конкретными предложениями для глав российских субъектов, донести предложения до регионов
  4. Отмаркировать на Яндекс.Картах более 40 тысяч добровольческих сообществ и некоммерческих проектов по всей стране
  5. Создать и наполнить сайт проекта, разработать it-решения, позволяющие пользователям самостоятельно добавлять статьи и дорабатывать чужие материалы, делиться успешными кейсами социальной активности друг с другом
  6. Запустить колонки в 2 федеральных интернет-изданиях, освещающие яркие практики некоммерческой деятельности, истории найденных нами лидеров добровольческих проектов, привлечь к проекту лидеров мнений
  7. Экранизировать лучшие из найденных историй и показать на площадках по всей стране, в региональных СМИ

Обоснование социальной значимости

Не секрет, что представители добровольческих сообществ внутри одной территории (как пример, организаторы велопробегов и защитники животных) не всегда знакомы друг с другом. Что уж говорить про межрегиональное взаимодействие! В России действуют тысячи добровольческих групп, занятых организацией городских фестивалей, и каждая, запуская новый фестиваль, изобретает велосипед заново: учится работать со спонсорами и СМИ, согласовывать площадку, разрабатывать промо-материалы, взаимодействовать с артистами и зрителями и т.д.

В широком доступе нет (или они малоизвестны) площадок, на которых были бы собраны наиболее успешные практики добровольческой деятельности по всем направлениям, опредмеченные в виде конкретных алгоритмов работы (вначале делаешь это, потом то, вот шаблон письма на главу субъекта, вот пример пресс-релиза. ). Эта проблема особо отмечалась практически всеми приглашенными экспертами и молодыми участниками форумов “Сообщество” Общественной палаты, различных мероприятиях Комитета гражданских инициатива, а также секции Фонда президентских грантов форума “Россия – страна возможностей”, на которых участники нашей команды проекта курировали различные секции.

Помимо этого, практически всеми участниками (и – особо – директором Фонда президентских грантов Ильей Чукалиным) отмечалось, что молодые лидеры гражданской активности в регионах либо невидимы (можно легко вспомнить популярных предпринимателей или политиков, но почти нет медийных гражданских лидеров; про их работу никто не знает и не хочет знать), либо воспринимаются большинством как городские сумасшедшие, занятые “бесполезной движухой”. Лидерам добровольческих проектов не хватает продвижения среди аудитории. Стране в целом не хватает медийных и прозрачных историй успеха молодых добровольцев, интересно рассказанных и подданных на понятном молодежи языке с активной ставкой на события и интернет.

За 11 лет работы мы собрали в горизонтальную сеть более 6 тысяч добровольческих сообществ по всей стране, научились высвечивать и популяризировать низовые инициативы, разрабатывать эффективные it-решения для обмена практиками, создавать широкий общественный резонанс вокруг своих проектов. Мы умеем это делать и потратим все силы, чтобы решить поднятые выше проблемы.

Они построили школу в Непале

За ребятами из Build a School for Nepal я следил с самого начала. Проект завершился, волонтеры разъехались по своим городам. В школе идет первый учебный год. Основатели проекта Роман и Олеся вернулись во Владивосток. Я попросил их рассказать об итогах. Они согласились, но добавили, что не хотят очередное обычное интервью. Вместо этого мы собрали самые интересные случаи, которые произошли во время проекта. Это ведь о людях история, не о строительстве.

Они построили школу в Непале

Путешествие без цели — это бегство.

Роман Гек

Архитектор из Владивостока. Путешествуя по Гималаям, познакомился с директором местной школы, которой, впрочем, не было. Ее Роман и решил построить.

Олеся Чаликова

Работала в банке во Владивостоке. Отправилась в трек вокруг Аннапурны, куда позже пригласила Романа. Сначала помогала проекту из России, но потом переехала в горы.

Роман: Описать эти два года – как описать всю жизнь, которая волной накрывает тебя, наполняя легкие эмоциями, не давая вдохнуть покоя.

История первая

Гордон и Кира из Ирландии стали первыми волонтерами на проекте. Втроем мы за неделю обустроили волонтерский дом, провели электричество и воду, организовали кухню, горячий душ, туалет, сортировку мусора, завезли более пятнадцати сумок с инструментами. Гордон инженер, а Кира дизайнер.

Начинаю понимать, почему поселения ирландцев встречаются по всему миру – эти ребята не боятся грязной работы. Гордон иногда так загорался, что не замечал никого вокруг. Ирландцы часто ругаются матом. С задором и комплиментами, прямо как мы.

Роман
Роман

Роман: Путешествие без цели – это бегство, а осознанное волонтерство – это тяжелый труд, который позволяет трезво взглянуть на мир и свое место в нем.

История вторая

Сергей похож на вышибалу в ночном клубе, но он спокойный и добрый.

– Офигеть работенка тут тяжелая, грязная – я как раз такую и хотел.

Сергей приехал на месяц. Большинству требуется время на адаптацию, а он сразу же включился в работу. Никто не колет камни лучше, чем местные непальцы, но увлечение армреслингом и просто дикое желание позволили Сергею хотя бы приблизиться к их уровню.

Сергей
Сергей

После ужина Нико достает гитару, малазиец играет на духовом пианино – вместе они дают неплохой концерт. Но тут Сергей снабжает остальных волонтеров варганами и получается полная каша.

Роман: Местные смотрят искоса. Странные бледнолицые разводят огонь и ничего на нем не готовят. Мы еще долго сидим у костра. Кто-то читает, кто-то смотрит фильм, я разбираю почту, учителя проверяют домашние задания. Но вот вся гора погружается во тьму. Делать нечего, завтра большой день. Доброй ночи!

История третья

Джейк, как и обещал, добрался до деревни и присоединился к земляным работам, но, откровенно, был для них слабоват. Мы предложили ему заняться преподаванием.

Джейк
Джейк

И тут Джейк будто ожил. Школа его полностью захватила. Он вел классы английского, продленку и компьютерные уроки для учителей. И даже орудовать лопатой и киркой на стройке стал живее.

Джейк придумал песню, чтобы научить детей обращаться с часами. Преподаватель на уроке с гитарой – такого эта маленькая школа еще не видела.

Олеся: Будущее или прошлое в Непале – это просто слова. Есть просто здесь и сейчас. Обычное человеческое счастье от единства с природой.

История четвертая

Однажды произошел забавный случай на погрузке. За ручной лебедкой Андрей с Димой, поляк Матэуш разгружает тележку, а испанец Пол стоит внизу.

– Андрей! Чего сачкуешь?

– Это ты не крутишь! Крути, давай!

– Я кручу. Тяжело идет.

– Блин, чего-то совсем тяжело. Там Пол внизу что-то кричит.

– Не могу разобрать. По-моему: «Cow, сow, сow!». Не обращай внимания, Пол странный. Блин, тяжело что-то совсем!

В следующее мгновение откуда-то снизу доносится мычание. Раздается хлопок и веревка, которая тянет тележку, лопается. Бежит Матэуш.

– Стоп! Стойте, дураки! Вы пытаетесь поднять корову!

Когда тележка загружается для отправки наверх, веревка, которая ее поднимает, лежит на земле. В этот самый момент на нее зашла ничего не подозревающая корова. Когда Пол загрузил кабинку и дал сигнал поднимать, веревка оказалась у животного между ног.

И двое русских парней остановились, только когда корова уже стояла на двух ногах и орала.

Роман: Если получится, это будет самый прекрасный поступок в жизни. Тогда я не знал, что за время строительства мы повлияем еще на полсотни судеб. Как и не знал того, что все будет не так сказочно, как мы себе представляли.

История пятая

Забавно, но именно за время пребывания Руслана в лагере участились травмы. Нет, они были и раньше, как на любой стройке, просто на них не обращали внимания. А когда появился доктор, все наконец-то стали лечиться.

Руслан
Руслан

Уже в свой второй день он без анестезии зашил порванную подмышку мальчику, упавшему с дерева. Руслан: «Знаешь, это было очень странно… Пацан орет. Операцию провожу в антисанитарных условиях… Когда поедешь в Чарикот в следующий раз, можешь шприцев и ледокаина купить? Теперь они все к нам ходить начнут».

Местные стали посещать волонтерский дом, когда поняли, что новый доктор наконец-то лечит.

История шестая

Мы познакомились с Зораном в Катманду, в любимой столовке всех волонтеров Wester Tandori. На мой вопрос, зачем он здесь, Зоран ткнул пальцем в наш постер на стене, и сказал: «Хочу так же!» На постере были грязные Нико и Герман, ворочавшие громадные камни. Затея была сомнительной, но он приехал. И в первый же день сорвал спину.

Нико
Нико

Олеся: Юмор и люди – вот что делает это место потрясающим.

На Крите у него был собственный ресторан. Зоран отлично разбирается в снабжении и взял на себя все расходы, чем сильно помог бюджету проекта. Готовил он потрясающе. А также обновил нашу захудалую бамбуковую кухню.

Зоран
Зоран

Хоть и выглядит на 35, ворчит на все 70. Разговор за столом:

– Ребят, где здесь можно помыть кружку?

– Есть два крана, на кухне и за домом. Но лучше за домом.

– Потому, что на кухне Зоран.

История седьмая

В пять утра раздается будильник. Олеся варит на завтрак рисовую кашу с молоком буйвола. Если ты с детства не любил кашу, все равно придется есть. Потому, что другого выбора нет. Но Олеся готовит так вкусно, что нашей собаке Чапе редко что перепадает.

Чапа
Чапа

В 5:40 подымаю волонтеров звонким «Bre-e-e-e-akfast!». И через десять минут команда уже завтракает. В семь все разбиваются на группы и выходят. Утро с семи до девяти – лучшее время для работы. Еще не так жарко и с ночи остается немного прохлады. Стуки молотков и кирок звучат вместе с детским смехом – удивительное чувство.

Днем мы работали в футболках и шортах, а за ужином сидели укутанные в шерстяные пледы, надев двое штанов. В лагере постоянно болело несколько человек.

В Непале нет центрального отопления. В зимние месяцы в домах очень холодно, обогревателями, как правило, не пользуются – дорого, да и электричество есть далеко не всегда. Зимой непальцы даже дома ходят в шапках, теплых штанах, а порой и в куртках. Так же и спят, укрывшись двумя одеялами.

Роман: Утро в Гималаях, самый вкусный завтрак и звездное небо.

История восьмая

Работа на кухне, хоть это и не кувалдой махать, занимала полдня. Двенадцать часов повар стоял у плиты, чтобы накормить двадцать человек завтраком, обедом и ужином. Сколько нужно риса на двадцать человек? А два ведра борща видели когда-нибудь?

Олеся
Олеся

Олеся: Знаете, сколько вкусных блюд можно приготовить из риса? Рис вареный, рис жареный, плов, рисовая каша, рисовые булочки, рис с перцем, рис с пряностями, рис с маслом, рис с чесноком, рис с рисом… Рис всему голова!

История девятая

Мистеру Лоуренсу 52 года. Добрую часть жизни он провел в путешествиях, посетив более шестидесяти стран мира. Он был на волонтерских проектах в Африке, но честно признался, что работа в команде строителей слишком тяжела для него.

Мистер Лоуренс
Мистер Лоуренс

Тем не менее, он работал вместе с остальными и в итоге оказался самым выносливым. Добраться хрен знает куда, да еще и работать наравне с молодыми. Вряд ли кто-нибудь из нас будет способен на такое в его возрасте.

Мари из Греции
Мари

Олеся: Сколько людей с их культурой, религией работали с нами в Непале… Именно через такие соприкосновения я совершила свое кругосветное путешествие, не покидая одной страны.

История десятая

После землетрясения 12 мая в Джапхе окончательно рассыпалось все, что было повреждено первыми двумя. Мы находились почти в самом эпицентре. Школа вновь устояла. Большинство местных перебрались во временные жилища, но в Джапхе еще трое погибших, двух раненных вчера забрал вертолет.

Бороться с землетрясением можно так же, как Дон Кихот с ветряными мельницами. Дорожного сообщения не было. Дорога до Чарикота и Монтхали была разрушена.

Мой опыт не позволял брать ответственность за судьбы шестнадцати человек. Рисковать жизнями ради личных амбиций я не имел права. Проект покинули Янис Алая, Андрей Аристов, его друзья Сергей и Елена. Остальные остались и закончили стройку, когда все поутихло. За что им громадный респект.

Роман: Долина Джапхе находится в девяти часах езды от Катманду, почти на границе с Тибетом. Здесь всего семь школ и лишь в одной есть полные 12 классов. Школы разбросаны по горам и их средняя комплектация – 35 детей. Качество образования такое, что выпускной экзамен проходят менее десяти процентов. Большинство взрослых не умеют читать и писать.

Текст: Роман Гек, Олеся Чаликова

Фото: Роман Гек, Олеся Чаликова, Руслан Рахимов, Роман Киселев, Екатерина Олейник, Тимур Шангараев, Алекси Метро, Сергей Бочнев, Максим Киселев и другие участники Build a School for Nepal

Интервью с основателем международного волонтерского проекта «BUILD A SCHOOL for Nepal»

Катя Сабирова

Роману Геку 28 лет, он архитектор и уже успел поработать в крупных проектных бюро Москвы, Торонто и Владивостока. В апреле прошлого года Роман отправился в путешествие по Азии, но задержался в Непале, потому что начал строить школу для детишек одной из деревень. О процессе строительства и проблемах волонтуризма рассказывает Роман Гек.

Как так получилось, что 28-летний российский архитектор с отличной практикой за плечами вот уже больше года вместе с командой волонтеров строит школу в непальской деревне?

На самом деле, я не планировал заниматься здесь строительством и беспечно путешествовал по Азии, когда Олеся Чаликова пригласила меня в Непал, в трэк вокруг Анапурны. Так я оказался в этой стране, где мы познакомились с Кришной Гаутам. Он рассказал нам про школу и просил помочь с компьютерами для нее.

До этого у меня был скромный опыт волонтерства, и я знал, что большинство таких проектов в Азии с настоящим волонтерством не имеют ничего общего. Поэтому я решил убедиться в достоверности рассказов Кришны на месте. А когда увидел школу без школы, родилась сама идея проекта «BUILD A SCHOOL for Nepal».

И все же, почему вы приняли решение строить школу в Непале?

Мне всегда казалось, что каждому человеку нужно кому-то или чему-то себя посвящать. Работать ради денег было противно, но понимание этого пришло ко мне здесь, в Непале.
Непальцы отличаются позитивным отношением к жизни, они умеют довольствоваться тем, что есть, и не редко реагируют на свою бедность и попытки помочь им примерно одинаково: если вы нам поможете – хорошо, не поможете – тоже не плохо.

Поэтому я был удивлен, когда узнал, что жители долины Долакха сами основали школу, чтобы их дети имели возможность получить образование. Да, они не представляли, насколько это будет сложно, но сделали все, что могли, потому что хотели большего.

Я верю, что нам очень повезло тогда, потому что мы встретили людей в нужное время в нужном месте. Им нужна была помощь, и это позволило мыслям, которые давно крутились в моей голове, оформиться в цель.

Как на идею строительства школы в чужой стране отреагировали ваши близкие?

Мама поддержала, она же — мама. Отец не понял, а брат посчитал ненормальным.

В Непале реакция тоже была неоднозначной?

Чтобы понять реакцию в Непале, нужно представить жизнь этой страны.
Политическая ситуация в ней нестабильна. В некоторых районах Непала и сейчас происходят вооруженные конфликты, конституция на стадии принятия уже 20 лет, а во время выборов на каждом перекрестке появляется пулемет. Непал занимает пятую позицию в списке самых коррумпированных стран мира. Поэтому властям не до нас.

Система образования тоже имеет свои особенности. Непальская школьная система находится под опекой местного самоуправления. Местное самоуправление в нашей долине принадлежит старейшинам — это 10-15 пожилых мужчин из деревни. Они собираются раз в месяц, чтобы обсудить дела и решить вопросы. Нам они помогают, чем могут. Когда бамбук принесут, когда овощи и фрукты. Разница культур, мышления и языков не мешают нам понимать и принимать друг друга, ведь именно от этого зависит успех предприятия.

О чем вы подумали, когда впервые увидели площадку для будущей школы?

«Если получится, это будет самый прекрасный поступок в жизни». Тогда я не знал, что за время строительства мы повлияем еще на полсотни судеб. Как не знал и того, что все будет не так сказочно, как мы себе представляли.

Участок для школы оказался удаленным от дороги на 500 м, и все необходимое для стройки изначально приходилось таскать на себе. Мы соорудили лифт, что немного облегчило дело.
Неожиданным сюрпризом оказалось и качество местных стройматериалов. Инвентарь, который мы закупили, почти через месяц полностью вышел из строя. Порой было даже смешно поломать три лопаты за день.

К тому же тогда я думал, что мы сможем построить школу только усилиями волонтеров. Наверное, это была самая главная ошибка. Мотивированные люди — это хорошо, но работа на стройке требует определенных знаний и опыта, которыми обладает не каждый волонтер.

Какие волонтеры вам нужны? На что вы обращаете внимание в первую очередь?

Нам требуются строители и учителя.

За подбор строителей отвечаю я. Несмотря на то, что нам всегда не хватает рабочих рук, цели привлечь как можно больше людей перед нами не стоит. Есть цель привлечь как можно больше людей, заинтересованных и способных самостоятельно работать на стройке, как, например, Герман Мартинез. Он оказался для нас настоящей находкой. Этот американец мексиканского происхождения, проработав несколько лет, что называется, «на дядю», понял, что становясь богаче, не становится счастливее, и даже отказался от должности своего босса ради поездки сюда. Для проекта его многолетний опыт строительных работ несомненный плюс. Сейчас он занимается тем, что каждый день составляет план работ и расставляет парней по участкам.

Подбором учителей занимается Лукаш Фурманек, 36-летний поляк с педагогическим образованием. Он внимательно просматривает все заявки. С кандидатами, соответствующими профессиональным требованиям и готовыми работать здесь более продолжительный срок, чем «две недели», он составляет предварительный учебный план и программу каждого урока. В итоге все учителя, приезжая на проект, знают, чем они будут заниматься и что преподавать. Такой подход обеспечивает последовательность и непрерывность учебного процесса. И задача эта более сложная, чем махание киркой на участке.

Многие интересуются участием в нашем проекте, и регулярно происходят курьезные случаи. Кто-то пишет, что готов быть строителем, потому что способен отличить гвоздь от шурупа. Как-то раз мне написал человек с вопросом, может ли он присоединиться к нам в начале февраля 2018 года. А однажды девушка спросила, есть ли у нас обогреватель или кондиционер в комнате. У нас и комнаты как таковой нет, бамбуковая плетенка создает лишь иллюзию стен. Я ответил, что обогреватель у нас есть, правда, он гавкает по ночам.

Не все готовы жить в тех условиях, в которых живем мы, поэтому люди должны понять это прежде, чем они приняли решение к нам присоединиться. Здесь другой мир.

Как устроен быт вашего мира? На что могут рассчитывать волонтеры, приезжая на проект?

Мы предлагаем волонтерам место для проживания в волонтерском доме и трехразовое питание. И то, и другое имеет свои особенности.

Волонтерский дом состоит из бамбуковых плетенок, а удобства находятся за его пределами. Надо сказать, что туалет в непальском доме — вообще элемент роскоши. Половина население долины его не имеет, хотя регион считается развитым. Чтобы люди приезжали сюда работать, необходимо было создать хотя бы минимальные бытовые условия, что мы и сделали. Сейчас у нас есть даже горячий душ, наверное, единственный в ближайших 200 км.

Теперь о питании. Не буду останавливаться на полезности местных натуральных продуктов, замечу только, что не все с легкостью привыкают к новому рациону. На проекте ходит такая поговорка: «Dal Bhat power 24 hour». Дал бат — это традиционное непальское блюдо, состоящее из риса, чечевичной подливки и острых приправ. Его часто можно увидеть и на нашем столе. Девушки всегда стараются удивить нас разнообразными блюдами, и вы знаете, сколько вкусных блюд можно приготовить из риса? Рис вареный, рис жареный, плов, рисовая каша, рисовые булочки, рис с перцем и с пряностями, рис с маслом, рис с чесноком, рис с рисом. Рис всему голова!

Существует мнение, что волонтерство — это одна из форм бегства. Бегства от себя, своих проблем, проблем того общества, в котором человек находится. Через вас прошел уже не один десяток волонтеров, какие выводы вы сделали из сотрудничества с ними? Что они ищут и что находят?

Да, «беженцев» у нас хватает. Вряд ли человек, хорошо чувствующий себя в системе, решит менять жизнь. Для этого должно произойти что-то, выбивающее его из заезженной колеи. Колеи, по которой он движется туда, куда его ведут. Учеба, много учебы, работа, много работы, еще больше работы, жена, дети, любовница – вот алгоритм мужчины. Чего уж говорить, я и сам поехал по Азии как раз потому, что у меня произошел срыв, меня выбило. И вы знаете, я не только не жалею, а даже благодарен тому человеку, который меня до этого довел. Стоило пережить это ради того, что мы здесь делаем. Путешествие без цели – это бегство, а осознанное волонтерство – это тяжелый труд, который позволяет трезво взглянуть на мир и свое место в нем.

Есть ли различия между волонтерами из русскоязычных регионов и волонтерами из других стран?

Волонтерство в России только набирает обороты, и само понятие еще не искажено. Волонтер, по-русски, тот же доброволец. Нам пока не известно слово «волонтуризм». 20 % всех волонтеров в нашем проекте составляют русскоговорящие из России, Украины, Белоруссии и СНГ. Но ребята из других стран более открыты. Они решительнее для таких поступков, у них на родине это не в диковинку. Поэтому, мне кажется, они быстрее понимают, ради чего все это. Русские тоже понимают, но сначала удивляются.

В предании про Вавилонскую башню все дело пошло наперекосяк из-за языкового барьера. Возникают ли трудности с общением на вашем проекте?

Один из волонтеров как-то сказал, что юмор и отличная команда — вот что движет наше дело. Вавилонская башня — проект человеческого тщеславия, за что мы и поплатились, а здесь одни люди работают для других. И разница языков, как правило, стимулирует желание людей общаться, узнавать друг друга, а также создает колики в наших животах. Если бы вы хоть раз слышали французский акцент Бэнуа, или ругательства мексиканца Германа из Сиэтла, или угрюмый английский Руслана из Санкт-Петербурга, вы бы не остались равнодушными.

Как удается уживаться с абсолютно разными людьми? Не сложно ли не только руководить командой, но и быть ее частью?

Уживаемся прекрасно! Мне повезло с людьми. В трудную минуту они всегда скажут, где я перегнул палку, а где мог бы и пинка дать. А вообще, каждый знает ради чего он здесь. Другие здесь просто не задерживаются. Это самая искренняя команда, с которой мне довелось работать.
Даже местные жители периодически выражают желание включиться в наш коллектив. Однажды в лагере появились женщины из соседней деревни. Они хотели работать на стройке вместе с нами. Мы отказали, ведь таскать мешки с цементом по 50 кг слишком тяжелая работа для женщин. Они ушли, но спустя несколько часов вернулись с обедом для нас.

Как сейчас выглядит будущая школа?

Мы заложили фундамент. Ленточку, конечно, не перерезали, но когда увидели играющую на площадке детвору, поняли, что создали единственное во всей долине футбольное поле. Это было прекрасное чувство.

Когда вы только начинали, год назад, вы были уверены в том, что будет хотя бы фундамент?

Когда мы начинали, я ни в чем не был уверен. Несколько раз даже были мысли все бросить, но в такие моменты появлялись нужные люди, поддержка, и это придавало сил.

Вы ведь вкладывали в это свои время, средства?

Да, и тогда, и сейчас я вкладываю в это деньги, которые заработал сам. Кроме того, Олеся Чаликова, с которой мы на удачу провалили трэк вокруг Анапурны, но задумались над созданием школы, сейчас здесь же активно занимается проектом по производству одежды из непальских и индийских тканей, привлекая местных швей. Вырученные от продаж средства идут так же на поддержку проекта «BUILD A SCHOOL for Nepal».

Каков план действий на ближайшее время?

Изначально я не ставил себе цели построить школу самостоятельно. Но и обращаться за материальной поддержкой, когда проект делал первые шаги, я не мог. Хотелось сначала не словом, а делом доказать твердость своих намерений. Прошел год. Земляные работы завершены. Сейчас мы достигли того момента, когда можем показать, что уже сделано, и открыть сбор средств. Поэтому задача №1 на сегодняшний день – собрать нужную сумму (420 000 руб.) для завершения строительства, и еще 400 000 руб. — на оборудование самой школы.

Наверное, для вас, как архитектора, это не типичный проект?

Архитектор, как главный строитель, работает с профессионалами своего дела. Он должен, если не знать, то понимать все строительные процессы и тех, кто за них отвечает. Но этот проект не столько архитектурный, сколько социальный. Это проект, где рабочая сила — мотивированные волонтеры, где строительные материалы не подвергаются никаким нормам и сертификации, где успех зависит не от чертежей, техники и бюджета, а от людей. Представьте, что завтра здание школы построено. И что, проект можно было бы назвать успешным. Конечно, нет. Настоящая школа это не стены и крыша, это целая структура социальных схем и других факторов, которые нужно создать. И системный долгосрочный подход людей с педагогическим образованием здесь просто необходим.

На какие сроки волонтеры приезжают на проект сейчас?

В начале люди приезжали сюда на короткий срок: не больше месяца. Сейчас есть такие, кто провел на проекте более полугода. Есть и те, кто хотел бы увидеть открытие школы.

Как лично вы изменились за этот год?

Я получил колоссальный опыт управления проектной работой и людьми. Несмотря на непрестижность предприятия, это самая лучшая школа в мире. Приходится думать о двадцати вещах одновременно. И если ты не умеешь правильно делегировать обязанности, это разрывает тебя на части.

Можете припомнить самое яркое событие, случившееся с вами за все время существования проекта?

Однажды я понял, что мы достигли того момента, когда отступить уже не получится. Слишком много людей на нас надеется.

С какими мыслями вы выходите на строительную площадку каждое утро?

«Пора делать этот мир чуточку лучше».

И в заключении, как можно вам помочь?

Мы сделали сайт о школе и волонтерском проекте, создали группы на фейсбуке и«ВКонтакте». Моя подруга и спутница по путешествиям Олеся Чаликова запустила сайт, где можно за 1 доллар заказать открытку из Непала.

А три месяца назад Олеся создала свой сольный проект или более правильно сказать благотворительную марку одежды «Роман с платьем». Коллекции преимущественно состоят из платьев классического и романтического дизайна прошлых лет из тщательно отобранных тканей Непала и Индии. Каждое изделие создано благодаря кропотливому труду непальских мастеров швейного дела и присутствует только в одном экземпляре.

Средства, вырученные с продаж, идут на поддержку проекта «Build a school for Nepal»: приобретая изделие можно не только обновить свой гардероб чем-то уникальным, но и финансово помочь постройке школы в высокогорной деревне Джафе.
8 сентября 2014 года мы запустили сбор средств на строительство самого здания школы на BOOMSTARTERE. Мы надеемся на поддержку всех неравнодушных и для каждого спонсора мы приготовили необычные подарки из Непала.

Редакция Анастасии Кожановой.

Фотографии сделал волонтер и фотограф Сергей Бочнев (СПб, Россия).

Архитектор из Владивостока строит школу для детей в Непале

Добровольцы в Непале строят школу для местных детей

Вот уже полгода в деревне Джапхе в Непале строят школу для местных детей. Явление для нас, избалованных цивилизацией людей, обыденное. А в деревне, где раньше детишки учились в бамбуковом сарае, это крупное событие. Тем более что строит школу архитектор из Владивостока – 28-летний Роман Гек. «Комсомолка» решила узнать, почему он решил продвигать свой «Проект добра» именно в Непале, как идет строительство и чем отличается местное образование от российского.

Роман Гек

Спасти от рисового поля

Год назад Роман Гек с подругой Олесей Чаликовой отправился в пеший поход по Непалу. В пути им встретился местный житель – Кришна Гаутам, работающий гидом для туристов. Из разговоров пара узнала, что тот организовал школу для местных детей.

– В этой стране образование целиком основано на английском языке. Если ребенок окончит школу, сдаст выпускные экзамены, то сможет уехать из Непала, чтобы учиться дальше. В самой стране высшее образование есть, но тоже на английском. А если ребенок не знает языка, то он обречен на рисовое поле, – рассказывает Роман Гек.

Гид помощи не просил – инициативу проявил Роман. Непалец сказал, что школе очень нужны компьютеры. В Приморье Роман кинул клич по друзьям – собрали десять стареньких «пентиумов». Но прежде чем отправлять их, житель Владивостока решил убедиться, что его не обманывают, и сам отправился в непальскую школу.

– Поехал в разгар сезона дождей, двое суток добирался до той школы. Выяснилось, что компьютеры им не нужны, потому что ставить их негде – там был просто бамбуковый сарай с металлической крышей. Я был очень удивлен, а потом засел за проект. В итоге получился целый комплекс со школой, театром, кинотеатром, библиотекой и даже футбольным полем. Главное, чтобы люди тут не только учились, но могли собираться, обсуждать новые идеи, находить работу, – с жаром описывает планы на будущее Роман.

Ручная работа

На первых порах строительства все шло очень медленно. Полгода ушло на то, чтобы найти людей, которые помогут с проектом, возвести дом для волонтеров. И немудрено – ведь вся работа ведется вручную, никаких машин, лишь нехитрые механические приспособления вроде самостоятельно собранного подъемника. А работа тяжелая – ворочать и дробить камни, таскать грунт в тачках.

Закладывать основу будущего комплекса начали только в декабре. Весь первый этап строительства Роман финансировал из собственного кармана, благо у него были кое-какие накопления.

– На сегодняшний день я потратил почти 170 тысяч рублей. Главные статьи расходов – стройматериалы, плата наемным рабочим из местных и еда для волонтеров. В России такой проект обошелся бы в 7-8 миллионов, а нам нужно еще всего лишь 300-400 тысяч рублей. Скоро создам странички на сайтах Boomstarter и Kickstarter, чтобы собрать средства, – объясняет архитектор.

Вместо бамбукового сарая детям построят нормальную школу

Все зависит от людей

Сейчас стройка идет вовсю – уже готов фундамент будущего комплекса. Правда, неизвестно, когда именно здание будет готово. Роман отмечает, что все зависит от людей, а вот их пока не хватает. На стройке уже побывали около 100 волонтеров из разных стран – есть англичане, французы, но больше всего русскоговорящих. В деревне даже есть несколько указателей со стрелками, на которых написаны названия городов, откуда приезжают волонтеры, и расстояние до этих далеких мест. Есть там и Крым, и Питер, и Пермь…

Едут все на разное время – кто-то на месяц-два, есть пара человек, решивших дождаться открытия комплекса. Причем едут не только одиночки, но и семейные пары, и целые компании.

Кстати, только с прибытием Романа в Джапхе появился врач. И оказалось, что здоровых детей в деревне очень мало – почти у каждого есть какие-то отклонения и хронические болезни. С простыми проблемами справляются на месте, а с более сложными заболеваниями детей отправляют в Катманду.

Женщины хотят на стройку

В деревне первое время были в шоке от масштабного строительства. Места тут не туристические, в последний раз иностранца видели четыре года назад, по слухам – вроде бы немца. Когда приехали волонтеры, непальцы непальцы шарахались от незнакомцев. Сейчас же помогают, чем могут.

– Местные нам постоянно приносят фрукты и овощи. Недавно вот пришла группа женщин – сказали, что тоже хотят работать на стройке. Я им отказал, потому что не должны женщины таскать мешки с цементом. Они расстроились, конечно, но потом вернулись. С едой, – улыбается Роман.

Впрочем, ему приходится выслушивать не только благодарности от непальцев, но и колкости от своих соотечественников. Чаще всего задают вопрос – почему строят школу не в России. Роман убежден, что такие люди даже не знают, где в нашей стране действительно нужны школы, а вот непальским детям учиться практически негде.

– В нашей стране мы можем позволить себе размышлять о качестве образования, а здесь еще думают о его наличии. Разница в уровнях образования у нас и в Непале огромная. К примеру, в одной из российских школ поломалось отопление, а в Непале его никогда не видели. В русской Интернет слабый, а в Непале электричества нет. В русской туалет грязный, а в непальской он за деревом. Чувствуете разницу? – говорит Роман.

На заметку

Подробнее о проекте Романа Гека можно узнать по ссылкам:

Читайте также

Возрастная категория сайта 18 +

Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г. Главный редактор — Сунгоркин Владимир Николаевич. Шеф-редактор сайта — Носова Олеся Вячеславовна.

Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.

АО “ИД “Комсомольская правда”. ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.

Ссылка на основную публикацию